Услышав, что под горой вот-вот начнутся гуляния, Лужа не выдержала и заявила:

— Все равно не отгадаете! Скорее, пойдемте же на праздник, поиграем в игры попроще.

Ли Юнь, будучи счастливым обладателем бесполезных «девяти звеньев», не имел ни малейшей возможности сопротивляться. Демоническая младшая сестра безжалостно потащила его за собой.

— Стой! Подожди! Дай мне еще немного подумать… то, что успокаивает сердце… успокаивает…

Наблюдая за его страданиями, Чэн Цянь беззвучно рассмеялся и, оглянувшись, почти ласково обратился к Янь Чжэнмину:

— Старший брат, пойдем вместе?

Янь Чжэнмин тут же пришел в себя, ахнул и пробормотал:

— Ступай… то есть, подожди, мне надо переодеться…

Но не успел он договорить, как Чэн Цянь исчез, бросив напоследок лишь:

— Жду тебя ночью у подножия горы, до встречи.

Янь Чжэнмин тут же прикусил язык.

Что еще за подлые шутки? Что это значит?!

Библиотека разом опустела, и Янь Чжэнмин остался один. Прищурившись, он окинул взглядом фонари, сотни лет освещавшие девятиэтажное строение.

Постояв так немного, он поднял высохшую кисть и вывел на деревянной табличке: «Чунь».

В тишине библиотеки раздался щелчок, древнее заклинание рассеялось, и восьмиугольный фонарь открылся, являя взору то, что скрывалось за необычной загадкой. Внутри лежала крохотная нефритовая бирка.

Янь Чжэнмин с минуту молчал, затем спрятал бирку обратно в фонарь, стер надпись с деревянной таблички, развернулся и зашагал прочь, запечатав за собой вход.

К тому моменту первые расписные фонарики, должно быть, уже достигли подножия горы.

В воздух, треща и извиваясь, взмыли фейерверки, осветив половину неба, и Янь Чжэнмин увидел Чэн Цяня, собиравшегося идти первым. Чэн Цянь ждал его у дверей «Страны нежности».

Вот так, в ослепительном свете моря огней, человеческий мир вновь наполнился счастьем."