У него длинный член. Хотя какой может быть у парня с такой уверенностью и этими чертовыми пальцами.

Которые уже стягивают с меня трусики.

Лифчик я снимаю сама.

Словно если сэкономить секунду времени, то всё произойдёт быстрее.

И между ног перестанет так тянуть.

— Ты же не…

— Нет, — качаю головой. — Ты не первый.

Лучше бы я «да». Тогда у меня был бы повод сбежать. Подхватить с пола платье, нацепить на ходу туфли. Спасать себя и свое благоразумие.

Но губы парня не дают простроить цепочку действий в головой. Его хриплое дыхание разгоняет в венах желание. Касается впалого живота, щекочет затвердевшие соски.

Шуршит квадратик с презервативом, латекс плотно обхватывает член парня.

А после всё перестает существовать.

Вместе с толчком парня.

Он двигается плавно, вколачиваясь в меня. Накрывает своим тёплым телом, обволакивает запахом. От Белого совсем не пахнет алкоголем, сигаретами. Только остатками парфюма, его собственным телом.

Пахнет мужчиной.

И я, не падкая на запахи, сейчас только сильнее завожусь. И от мысли, что творю. Как плохо поступаю.

— Ах.

Нет, ложь, хорошо ведь.

Мне очень-очень хорошо. И я громко сообщаю об этом парню, не сдерживая стона. Вижу довольную улыбку, чувствую давление пальцев на клиторе.

Он закидывает мою ногу на свою талию, двигается резче, быстрее. Ловит каждую мои реакцию, прижимается губами.

Я цепляюсь пальцами за каменные плечи, веду по рукам, спине. Глажу каждую клеточку, до которой могу дотянуться.

— Всё нормально? — смотрит внимательно, двигается быстрее. — А, паучок? Хорошо?

— Да.

У меня кружится голова, кислород превращается в пар. Ловлю его губы, целую. Мне с ним хорошо-хорошо.

Очень хорошо для хорошей девочки.

Царапаю загорелую кожу, впиваюсь ногтями.

Никогда так не делала, а парень только подставляется.

— Какая ты громкая, — он смеётся тихо, заставляет вскрикнуть, когда до упора входит. — Ага, настолько.

Самовлюблённый мальчик.

Который так идеально меня касается.

Оргазм наступает слишком быстро, неожиданно. Вот всё сворачивается внутри, жжёт между ног. А секунду спустя тело накрывает судорогами. Долгими, выкручивающими.

Перед глазами тёмные точки.

В голове звон.

— Громкая, — повторяет, кончая следом за мной. — Мне нравится.

Вместо того, чтобы лечь рядом, дать возможность дышать, он только сильнее прижимается. Вдавливает, словно я могу сбежать. Я двигаться не могу. Только касаться губами влажной кожи, выемки на мужской ключице.

— Мне нужно в душ, — произношу вечность спустя.

А потом домой.

И не смотреть в эти наглый карие глаза, в которых до сих пор полыхает огонь.

Глава 11

Эрик

Смотрю на нее.

Мы даже свет не выключили. Не до этого было. Зато я во всех деталях ее вижу, каждую чёрточку разгоряченного лица.

Давно не было так хорошо.