Никуда не торопиться, не ломать голову, как вежливо намекнуть, что я вызываю такси, и гостье пора домой.

– Мне…в душ надо, — помолчав, повторяет Эля.

— М-м, — кратко чмокаю искусанные красные губы. И с неохотой выскальзываю, эрекция почему-то держится до сих пор.

Перекатываюсь по дивану, забрасываю руку на Элю."

"– Может, не пойдешь? — выравниваю дыхание, носом зарываюсь в растрёпанные волосы. Куда-то слетели резинки, пальцами распутываю косы, каштановые шелковые пряди перебираю, залипаю. — Шикарные у тебя косички, — смеюсь. — Были.

– И ещё будут, — заверяет она, тоже улыбается. Сбрасывает мою руку и тянет на себя простыню, заматывается в нее.

– Ну не-ет, — за край тяну простынь обратно. — Иди так, без всего.

Сдергиваю с нее ткань, мешающую любоваться упругой грудью с темными вишенками сосков. Сглатываю слюну, понимая, что я опять голоден, одного раза мало, какой душ.

Она не спорит, берется за другой край простыни. И кидает в меня, простыня накрывает с головой, отрезая мне обзор.

Глупо улыбаюсь, выпутываюсь из скомканного постельного белья и вижу, что она взяла свое платье.

Быстро обматывается им.

И юркает в ванную.

И чего теперь стесняться? Я ведь уже на все посмотрел.

Откидываюсь в подушки, смотрю в потолок.

Все мои встречи одинаковыми намеками заканчивались — карточку с номером такси на столе оставлял и деньги на дорогу, либо в душ шел и говорил, что потом сразу спать лягу, либо…

Все всё понимали, очень редко кто-то возмущался.

Прислушиваюсь к шуму воды за стеной, нехотя встаю, выбрасываю в мусор использованное средство защиты.

Оглядываюсь в комнате.

Подхожу к ванной.

И сдвигаю дверь-шторку в сторону.

– Это ты? — темноволосая Элина голова тут же показывается из душевой кабины.

— Очень чуткий слух, — широко улыбаюсь и иду на нее, заставляя отступить. Вдвигаюсь к ней в кабину и закрываюсь.

– У тебя ванная не запирается.

– Знаю, — сквозь пар смотрю на нее, раскрасневшуюся, голую, в каплях воды. В один шаг оказываюсь вплотную, прижимаю к себе горячее тело.

– Подожди, — она выпутывается из моих рук. — Я только помылась.

– Ещё раз помоешься, — забрасываю ее ноги себе на бедра, ладонью накрываю влажную промежность. — Здесь тоже можно кричать, за стеной квартира продаётся, никто не живёт.

Она округляет рот, словно возразить хочет. Не даю ей этого шанса, подаюсь вперед. Врываюсь в нее языком, в стеклянную стену ее вжимаю. Обхватываю налитый член, направляю, головкой раздвигаю влажные складки.

Вхожу в нее резко, заполняю до конца ее тесноту в тот момент, когда вода из душа нас шпарит почти холодом.

Вместе вздрагиваем, обрываю поцелуй и моргаю мокрыми ресницами.

Эля рвано дышит, прижатая ко мне. Рука на кнопках, регулирующих температуру воды.