И мне вдруг становится душно и тревожно. Кто на ней? Почему лежит фотографией вниз? Там девушка? Он с девушкой? Или, может, семья? Бывшая… Откуда он умеет так ладить с детьми?
Может, у него есть свой?..
В голову лезет множество болезненных вариантов. Агонизируя от неприятного чувства своей возможной неуместности и здесь, и в его жизни, переворачиваю фото, чтобы взглянуть. Растерянно застываю от противоречивых чувств.
Это моё фото… Откуда?.. Это и приятно и настораживает. Больше, конечно, приятно! А почему перевёрнута?.. У него были гости, которым он не хотел это демонстрировать?
Оказывается, я безумно ревнивая! Мне больно от каждой своей мысли! Возможно, как обычно, пустой! Не буду надумывать. Приедет — спрошу.
— Мамочка… кушать!
Вздрогнув, кладу, как было.
Несмело иду на кухню. Коты наперегонки несутся вперёд меня, чуть не сбивая с ног. Прижимаюсь к стене, пропуская их. Кухня в два раза меньше, чем у меня. Но не слишком крошечная. Дверь на балкон открыта.
— Что вам нужно? — присаживаюсь к пляшущим в ногах котам, глажу дружелюбного Зидана. — Голодные?..
Чашки у них пустые и чистые. Налита только вода. Открываю холодильник.
— Чем вас кормят?
Не решаюсь слишком уж активно хозяйничать. В бутылке вишнёвый йогурт.
Наливаю нам с Ильёй по стакану, остатки выливаю котам. Наверняка Стеф покормил их перед тем, как уйти.
Раскладываю диван. Шариться по чужим шкафам неловко, но что ж теперь…
Стеф, мне кажется, не из тех, кто будет напрягаться из-за этого, если уж дал мне ключ.
На стеллажах чистое бельё и запасные подушки.
Выключаю свет, оставляя ночник, он стилизован под пламя свечи. Отсветы играют по стене и потолку. Устраиваемся с сыном в обнимку. Под тёплым одеялом. На улице моросит дождь. Коты, мурлыкая, залезают сверху на одеяло, жамкая его когтями.
Мурлыкания сливаются с шумом дождя. Вдыхаю запах волос сына. А подушки всё равно пахнут Стефом… Меня кружит, словно я во сне. И это вот всё безумно уютно.
Мне становится хорошо до слёз, словно мы спрятались в очень надёжном месте от всего мира.
Засыпаем…
Глава 27
Горячо и сладко
Смотрю в окно, как уезжает такси с Викой. Забираю у Ильницкого объяснительную. Пробегаюсь взглядом по написанному.
— Почему Вы не затянули коньки ребёнку сами?
— Разве в Вашей компетенции проводить допрос?
— Не в моей. Просто как травматолог, периодически свидетельствующий на суде по «оставлению детей в опасности», рекомендую Вам этот момент внести в объяснительную.
— А при чём тут суд?
— Может, и ни при чём, — пожимаю плечами. — Дети не могут подать в суд, к сожалению.
Предупреждающе прищуривается.
— То, что я купил у Вас одну услугу, не повод для…
— Нет. Никакой услуги я Вам не продал.
— Но, как я заметил, успели познакомиться с моей супругой.
— Да. Успел.
