Она не замечала ни дорогой кожи автомобиля, ни мягкости сидений, ни свежести, такой не хватающей в такси эконом-класса, на котором она добиралась сюда.

Был только он.

Её Дракон.

Она иногда думала, почему в тот вечер назвала его драконом. Из-за того, что он дразнил её Принцессой?

Она потянулась к нему первой. Не могла сидеть спокойно. Хотя и должна была по законам жанра. Это же она попросила отпустить её, дать время. Она грозилась убегать снова и снова. Она несла детскую чушь. А он слушал и злился, сжимая губы с такой силой, что они бледнели.

К этим губам она и потянулась.

Суховатые, немного шершавые. Обветренные. Но какие же вкусные."

"Милу сразу же прижали к себе, вдавливая. Её грудь расплющилась о мужскую грудную клетку. Мила заерзала, не утерпела, и сама забралась на колени к Глебу. Так удобнее… И снова в тартарары полетели установки, которые она давала себе. Быть сдержаннее, не позволять чувствительности взять верх над собой. Сначала она планировала Глеба накормить. Поговорить чуть-чуть. Самую малость.

Нет.

Всё пошло не по её сценарию.

Голодные они оказались. И совсем не по еде.

Глеб прижимал к себе сильно. Проводил руками по ребрам, сжимал ягодицы.

Ощутимо, но как же приятно.

Он снова целовал аккуратно. Нежно. Первые десять секунд. А потом воздух в салоне резко изменился, наэлектризовался. Давление руки на теле усилилось.

- Отпороть бы тебя, - его глухой рык отозвался звоном в ушах.

Не веря в происходящее, до конца ещё не осознавая, что она в его руках, с ним, едут в её съемное жилье, она пила счастье мелкими глотками, пропуская его через себя. Через кожу, сердце.

Уткнулась ему в шею, не удержалась и провела рукой по шее, другой нащупала его руку и переплела пальцы, предварительно проведя по ладони.

- Нет…

- Что «нет»? – не понял Глеб.

- Нет мозолей.

- Мила…

Она подняла голову и снова прижалась к его губам. Уже первой. Он сразу толкнулся языком в её рот, заявляя права. Она не возражала. Она хотела чувствовать его. Снова и снова.

- Клянусь, если бы мы были в обычном такси, остановил бы, дал мужику денег, чтобы вышел на пять минут… Карим… При своих нельзя.

Мила плыла. Её штормило, эмоции били через край, и смысл услышанного дошел до неё не сразу. Как через пелену.

Поняв, что имеет в виду Глеб, она вспыхнула, покраснела до кончиков волос.

- Так соскучился?

- Безумно.

Её охватила какая-то шальная смелость. На душе порхали бабочка. Внизу живота – тоже…

Мила специально дразня Глеба, заерзала бедрами.

- Принцесса…

- Ай.

Чего она не ожидала получить – так это шлепка по ягодицам, который нацелен был утихомирить её, а вызвал кардинально противоположный эффект – она распалилась сильнее.

Пришлось снова уткнуться лицом в шею мужчины.

Он обнял её, прижав к себе.

- Я тебя люблю.

Эти слова сказала не она.

Он.