Бережно, чтобы не зацепить и не порвать, ныряю в ворох прохладной ткани и наслаждаюсь прикосновением гладкого шелка к своей коже.
Белье под такой глубокий вырез не предусмотрено, мне от этого непривычно, но дискомфорта совершенно не испытываю. Новая Ника Семенова в таком платье ничего не стесняется и не боится.
Любовно оглаживаю себя руками по крутым бокам. Да я же красотка! Складываю губы капризной уточкой, делаю селфи и отправляю Таньке.
Долго смотрю на экран телефона, в ожидании сердечек и смайликов. Но не тут-то было! Подруга звонит сама, и сразу кричит:
— Никогда так не делай, слышишь!
— Чего не делай? Не поняла…
— Лицо, как у овцы не делай. Блин, Семенова, ты издеваешься? Я у бровиста сейчас сижу, мне из-за тебя такую линию на лоб вывели. Надеюсь, это отмоется…
— У кого ты сидишь?
— У бровиста. Тебе не надо, забей. Ника, будешь с таким лицом ходить на вечеринке, я сделаю вид, что мы не знакомы. Мне бы твою внешность, я бы вообще не красилась.
— Так я почти не…
— Ну и молодец! Твоя сила в естественности. Грудь вперед, подбородок вверх и вперед к новой жизни, без опарыша твоего.
Подруга была права, я готова к новой жизни. Помогла ли Танька, шопотерапия или время, но расставание с Артемом меня, действительно, больше не пугает. Не хочется выть от одиночества, обиды и неизвестности. Разве я отправилась бы куда-нибудь дальше магазина, будь Артем все еще рядом?
— Ну я почти готова, могу хоть сейчас выходить. Собралась уже.
— Та-а-к, по поводу «выходить». А с обувью у нас что?
И тут меня будто током ударяет, приходит ужасное озарение, что с обувью у меня «ни-че-го».
То есть туфли у меня есть, они лежат у мамы на антресолях со студенческих времен. В последний раз я надевала их на вручении диплома, больше повода покрасоваться не было. И самое страшное, что по моим воспоминаниям на них отлетели набойки, а еще поцарапан каблук. Я убирала их в коробку, и думала, что нужно не забыть отнести в мастерскую. Конечно, я этого так и не сделала.
Смотрю на время, почти два часа до начала. Успею починить или куплю новые. Все поправимо!
— Таня, я вспомнила кое-что, побежала. Пока, там увидимся.
Вылетаю из комнаты. Светка восторженно глазеет, она еще не видела меня такой нарядной.
— Мамочка, ты такая красивая, — дочка хлопает в ладошки, — покружись, пожалуйста!
Я смеюсь и, конечно, кружусь. Ну как ей откажешь? Светка козой прыгает рядом. Даже песенку напевает, смешная. Мама выходит из кухни, смотрит на нас и улыбается.
— Светик, неси табуретку, нужно найти кое-что…
— Ника, ну куда ты в платье полезла, переоделась бы. Что ты ищешь там, дай я сама!"
"Уже не думаю о том, что юбка помнется, лезу на баррикаду из стульев и под причитание мамы и Светки достаю с верхней полки пыльную коробку с моей парадной обувью.
