Шуршал ветер, в воздухе кружили насекомые, притягиваемые тусклым светом фонарей, по дорожкам шагали люди… Вокруг ключом била беззаботная курортная жизнь, слышался смех, звон столовых приборов, и, конечно, чем ближе к океану, тем отчетливей становился слышен размеренный рокот волн. Казалось, это все можно вдохнуть полной грудью. Вместе с солеными брызгами, что приносил ветер, ароматами специй и жареного мяса, доносящимися с кухни, и запахом водорослей.

– Хорошо… – прошептала Катя.

– Хорошо, – согласился Тушнов. А она, совсем не ожидая этого, споткнулась.

– Осторожно! – заметил Дима, поддержав ее за руку. – Нам точно туда? – кивнул в черноту ночи.

– Угу… Сейчас увидите. Это целое шоу.

Между пышных кустов бугенвиллеи, покрывающих склоны скал, показался деревянный мостик. Теперь пришла очередь Тушнова споткнуться.

– Черт… Катя, а это часом не тот пляж, о котором я у вас спрашивал?

– Именно! Я ведь говорила, что он совсем близко. Что-то не так?

– Да нет. Все в порядке. Интересно, что вы затеяли.

– А, собственно, вот!

Пляж был темным. И лишь накрытый стол в окружении горящих свечей выделялся. Да чуть в стороне рабочее место шеф-повара, который прямо при гостях готовил их ужин. Это тоже было частью шоу. Баранья нога крутилась на вертеле. Улыбающийся во все тридцать два шеф поливал ее каким-то соусом."

"– Прошу, – Катя приглашающим жестом, взмахнула в сторону стола. К ним подошел официант. Потянулся к стулу, чтобы помочь ей усесться, но, к удивлению, его опередил Тушнов. Катя забормотала слова благодарности, которые, впрочем, утонули в звуках барабана. Масаи начали свое шоу. Тоже, кстати, часть программы. Тут же подали закуски. Меню данный концепт не предполагал. Но выбор и без всякого меню был шикарен. Катя поняла, что здорово проголодалась. И пока ее гость, как ей казалось, с интересом наблюдал за представлением, она набросилась на еду.

Баранья нога томилась на открытом огне, источая совершенно непередаваемые ароматы. Музыка становилась все громче и громче, лишая ее необходимости поддерживать беседу за столом. Так, что у Кати, наконец, появилось время разобраться. В себе. В том, что случилось в дороге. Привыкнув с подачи мужа считать себя не самым лучшим водителем, она все же была не настолько плоха, чтобы не справиться с чертовым автоматом. Теперь, когда волнения улеглись, Катя это осознала. А значит, все же что-то не то было с машиной, а не с ней. Ей следовало поскорее с этим всем разобраться. И не винить по привычке себя во всех бедах сразу. Потому как, видит бог, это уже доходило до абсурда. Катя вздохнула. Перевела взгляд туда, где масаи и плясали, и пели, и даже устраивали показательные бои.

В финале барабаны застучали оглушительно громко.