Настолько, что я со своими не управлюсь. А у тебя бойцы, я смотрю, лихие и на все способные. Объединиться нам надо. Моя информация, твое исполнение, а я, если что, прикрою с улицы, чтобы не надуло тебе в спину. Все, что вынесешь, делим пополам и разбегаемся.
– Деньжата, золотишко? – Буторин внимательно посмотрел в лицо вору, специально не используя в речи блатные словечки. – Ювелирный магазин, банк? Не темни, Гриб!
– Касса на заводе. Сейчас там скопится большая сумма денег. На заводе есть свой человек, который подсобит, подскажет и схему помещений нарисует. Он тебе и твоим людишкам пропуска сделает.
– Откуда на заводе большие деньги? – хмуро посмотрел на вора Буторин.
– Будут, будут, – заверил Гриб, – я знаю!
– Колись до конца, я втемную не играю, – покачал Буторин головой.
– А ты поклянись, вот при своих людях и при моих поклянись, что слово сдержишь. Тогда все и скажу, тогда уж не просто скажу, а планировать дело начнем.
Главный инженер запихивал папки в сейф, отдуваясь и кряхтя. Его шея покраснела и вспотела. Лыков сидел за длинным столом для совещаний и смотрел на документы, которые главный инженер прятал и запирал на ключ. Но он терпеливо ждал, не задавая вопросов. Раз позвал, значит, скажет зачем."
"– Ты вот что, Егор. – Главный инженер спрятал ключи в брючный карман, и его глаза забегали по столу. Не забыл ли чего. Все-таки совещание ответственное предстоит. – Значит, так поступим мы с тобой. Ты инженер толковый, человек энергичный, доверие к тебе большое.
Лыков смутился и на миг опустил глаза, понимая, что выдает себя.
– Да работать ведь надо, а мы никак не можем данные получить. Пусть уж Елизавета Сергеевна поскорее выздоравливает, а я ее заменю. Раз велите. Главное, чтобы работа не стояла. Столько мыслей в голове, решений интересных.
– Ну и славно, Егор. Ты сегодня задержись, меня дождись обязательно вечером. Я тебе ключи передам, а с утра и займешься новым делом.
– Как скажете.
– Ну и хорошо, молодец.






