Знай, Анна, Анечка, — пророкотал он, что я всё сделаю для тебя. Я всегда буду тебя ждать. Ты моя ласточка.
Вдруг Рейгард наклонился и, я подумала, что сейчас поцелует, — вздрогнула. Но он поцеловал детей в лобики. Осторожно, бережно, как очень хрупкий фарфор. Погладил по головкам и отстранился.
— Береги их и себя, — прошептал он.
Я замерла от неожиданности, затаив дыхание. Душу затопило теплом. Но прежде, чем я опомнилась и как-то отреагировала, мужчина уже шагнул к двери и покинул комнату.
А дети тотчас разразились громким плачем.
86
— Тише, маленькие, — проворковала я. — Вы не хотели, чтобы папа уходил? Он скоро вернётся, не переживайте. Сейчас мама вас покормит, и вы успокоитесь.
Я осторожно положила крошек на кровать и принялась за застёжки платья. Кое-как добралась до груди — как жаль, что в этом мире не придумали одежду для кормления — нужно обязательно этим заняться! Но это потом. А сейчас я разместила у груди одного младенца, и тут же у второй — второго. Быть матерью нелегко. Очень нелегко. А матерью близнецов — вдвойне. Но все трудности, неудобство, боль и недюжинное терпение отступают перед великим счастьем материнства. Я безумно любила своих мальчиков.
Мы разместились с сыночками на кровати. Малыши сладко чмокали. Затаив дыхание, я глядела на них, осторожно поглаживая их маленькие тельца. Когда покушают — нужно будет сменить пелёнки. Потом приготовить им место для сна и разобрать вещи.
Из мыслей о приятных хлопотах меня вырвал тихий стук в дверь.
— Анна, можно? — прозвучал знакомый голос.
Внутри словно сердце оборвалось. Я узнала этот голос.
— Леди Элеонора! Входите, конечно! — воскликнула я.
Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула моя дорогая подруга, и её светлое лицо озарилось улыбкой.
— Анна! Я не помешаю?
— Нет-нет, что вы! Проходите!
— Дорогая, ты родила! Как себя чувствуешь? Нужна ли помощь? Можно посмотреть?
— Конечно!
Женщина тихими шагами вошла в комнату и замерла передо мной.
— Какие хорошенькие, — прошептала она. — Как ты себя чувствуешь, Анна? Я могу снять боль, если что-то болит, или проверить ауру?
— Я чувствую себя хорошо, и та боль, что есть — тает на фоне радости материнства. Дети здоровы и хорошо кушают — это для меня самое главное. Поможете мне их перепеленать?"
"— С большим удовольствием! — проговорила леди Элеонора. — Правда, я не особо в этом умелая, но нескольких детей мои ученицы доверяли мне и переодевать, и кормить. Я люблю детей, особенно таких маленьких, — забавно улыбнулась пожилая женщина. На её лице распустилось самое доброжелательное выражение.
