Одно из твоих условий наверняка было, что она не имеет права тебе звонить. Звонишь всегда ты, пока я жду тебя в спальне, ты в туалете тайком звонишь своей любовнице.

Я специально произнесла это вслух, потому что переваривать это внутри себя мне было невозможно тяжело. А ведь так эта жизнь и выглядела. Пока я готовила ужин, он звонил своей любовнице. Когда я обсуждала поездку на море, он переписывался со своей любовницей. Когда я ему звонила уточнить по поводу его матери, надо ли ей приобрести новое лекарство, он был со своей любовницей. Он жил две жизни, а сейчас не понимал, что меня так задевало во всем этом.

— И поэтому, Виктор, это сообщение предназначалось мне, и я хорошо, что взяла твой телефон, а то так бы дальше пребывала в полном неведении и в желании того, как-то изменить нашу жизнь в лучшую сторону. Так что не надо сейчас мне рассказывать о том, что это все случайность. Случайности не случайны в ситуации с любовницей.

Я только сглотнула, поняла, что таблетка противная застряла где-то посередине пищевода, видимо, прилипла к задней стенке, и я не могла её ни туда, ни сюда протолкнуть.

Виктор, понаблюдав за мной, вскинул подбородок, прошёлся пальцами по щетине, как будто бы стараясь её содрать, и заметил.

— Ну хорошо, предположим, ты права. Ну что тебе дало все это?

— Мне это дало то, что теперь твоя любовница знает о том, что и я в курсе о её существовании. А судя по тому, что я сделала первый шаг, пусть она теперь ходит и оборачивается, боясь встретить меня на улице, потому что если я сделала первый шаг, то, поверь, за мной не заржавеет.

Виктор упёр ладони столешницу и вскинул бровь. Да, я сейчас, наверное, выглядела жутко неубедительной, потому что не в моём характере было вставать на тропу войны.

Да, я всю жизнь была покладистой женщиной, куда Виктор сказал, туда мы и едем, что Виктор сказал делать, то мы и делаем. Он настолько был хозяином этой жизни, что я порой не понимала, что я буду делать, если с ним что-то случится. И сейчас, глядя на меня и видя такое поведение, Виктор однозначно мне не верил, но мне самое главное было это произнести, чтобы самой хоть немножко верить.

— Хорошо, чего ты этим поведением добиваешься? — Спросил скупо муж.

— Того, что ты не будешь вытирать об меня ноги и жить на несколько семей.

И заметь, я не ставлю тебе выбор либо со мной, либо с ней. Я тебе ставлю выбор, либо мы с тобой по-нормальному разводимся, как адекватные люди, либо мы с тобой разворачиваем военные действия.

— Какие военные действия, Зоя? Какие? Ну у тебя что, хватит сил отстаивать свою позицию на протяжении всего бракоразводного процесса? Не смеши меня, пожалуйста. Ты домашняя тихая девочка. Ты на протяжении стольких лет всегда была за моей спиной. Ты же ничего самостоятельно сделать не сможешь.