Вообще-то освоение ратного дела идет постоянно и с малых лет. Малыши играют в войнушку, скача на палках и разя врагов хворостинами. Лет с семи-восьми им преподают основы фехтования мечом и ножом, владения копьем. С десяти-двенадцати учат биться в строю. С тринадцати-четырнадцати берут в поход для, так сказать, постоять в строю, проникнуться энергетикой боя. Обычно с подростками занимаются их отцы или другие родственники. Специальной школы, какую завел я, раньше не было. Помогали мне несколько опытных воинов. Расположились мы в длинных домах на берегу Днепра, построенных еще во времена Хасколда Леворульного и сейчас используемых летом под склады, а зимой пустовавших. Занятия шли каждый день, кроме воскресений и праздников, и в любую погоду. Разбитые на несколько взводов, мальчишки учились ходить и сражаться строем «фаланга» и «свиное рыло», закрываться щитом, образовывая в том числе «стену» или «черепаху», биться ножом, мечом, топором, копьем, стрелять из лука, скакать и сражаться на коне… Летом добавились занятия по осаде и защите города: одна половина штурмовала, используя лестницы, вторая отбивалась от них. Пацанам было интересно и весело. Скоро они узнают, что на настоящей войне скучнее и тоскливее.
По половодью приплыл гонец из Полоты и сообщил, что до них дошли слухи, что викинги из Хедебю собираются в начале лета к ним в гости. И не только к ним. Поскольку от ромеев приглашений не было, мы отправили в Константинополь суда с выходом и другими товарами на продажу, а большая часть армии двинулась вверх по Днепру, чтобы встретить непрошенных гостей. Поселений по обоим берегам реки стало больше. Блеск золота и серебра, захваченных нами в походах, приманивал людей из дальних земель. Каждому хотелось отщипнуть толику. Кто-то привозил в Самватас товары на продажу, в первую очередь пушнину, кто-то нанимался на лето в работники к богатым воинам, кто-то присоединялся к походу. Мы брали всех, но оставались только настоящие воины, пусть и плохо оснащенные. Отважный добудет в бою хорошее оружие и доспехи. Это храбростью не разживешься; она или есть, или нет.
В Полоте мы просидели почти два месяца. Врага не дождались. Приплыл купеческий караван из Бирки, направлявшийся в Миклагард. Купцы рассказали, что, действительно, флотилия из тринадцати драккаров прошла мимо них, следуя на восток, но не появились ни здесь, ни в озере Алдога, где наши поселения были предупреждены, что мы рядом, сразу придем на помощь.
