Для наших маленьких принцесс. Пока Рита просящим взором меня покорить пытается, Аля, не дожидаясь особого приглашения, сама тянется к подставке.

— Так, а это на праздник, когда гости приедут, — говорю строго. — Сейчас будем завтракать и наряжаться, — подмигиваю красавицам. — Бабушки приедут. И дед, — добавляю тише, думая об отце Вадима. Вижу, как ему не хватает родителя.

Шторм чутко улавливает мою смену настроения, умолкает и сам. Повисшую тишину разрывает звонок в дверь.

— Что-то рано они, — хмурюсь я. И неторопливо в холл направляюсь, оставляя Вадима с детьми.

— Привет, дорогая, — с порога тянет Валентина. — Жалуйся! Обижает тебя мой сын? Следит и от себя не отпускает, тиран такой? Ты только скажи, ух, я ему! — шутливо грозит в пустоту.

— Нет, все в порядке, — смеюсь с ней в унисон. — После того, как Антона и Светлану Григорьевну привлекли к ответственности, Вадим успокоился. Ведь теперь нам ничего не угрожает. Да и шумиха в прессе вокруг «воссоединения потерянных близняшек» давно улеглась. Шторм с Тумановым хорошо вместе сработали, — улыбаюсь я. — Теперь у нас все хорошо.

— Что насчет… Лены? — аккуратно уточняет свекровь, чтобы не ранить мои чувства.

— Помню, Вадим хотел вернуть ее из Польши и наказать.

— Я убедила его оставить бывшую в покое, — выпаливаю на выдохе, а Валентина округляет глаза ошеломленно. — Светлана Григорьевна всю вину на себя взяла, а дочь защитила. Да и в действительности все так и было. Лена многих деталей не знала. А за свою ложь наказана она уже… судьбой. Куда больше? — обхватываю руками живот. Думаю о том, что Лена на всю жизнь лишена радости материнства. — В Польше у нее мужчина, у которого свои дети от первого брака, так что от Лены ждать пополнения он не будет.

Живут вместе, семью строят. Пусть… — отмахиваюсь.

— Слишком ты хорошая, Снежана, — свекровь гладит меня по плечам. — Понимаю, почему тебя так Вадим оберегает. Порой чересчур. — Ой, а я же не одна приехала! Мы с родителями твоими встретились заранее, подарки внучками выбирали. Они там, — в сторону двора рукой указывает. — Ругаются опять, наверное, — хохотнув снисходительно, направляется к Вадиму.

Выхожу на крыльцо, взглядом нахожу маму и папу. Они обсуждают что-то на повышенных тонах, руками размахивают.

Останавливаются на мгновение, будто устав. А потом папа вдруг берет маму за талию — и к себе прижимает. В щеку ее целует, обезоруживая любовью и лаской. Они как два противоположных полюса. Что бы ни случилось, все равно притягиваются друг другу. Даже ситуация с ревностью и обманом, из-за которой они расстались, не смогла уничтожить любовь.

— Снежка, — замечает меня мама и от папы отстраняется. Смешные. — Папа предлагал вам набор юного художника купить.