— Ух ты, Гвен, везучая сучка, может, ты вообще не растолстеешь. Может, твое беспокойство о превращении в Ким Кардашьян кончилось, не успев начаться, — сказала Эми, глядя на мой плоский живот.

Я проигнорировала ее.

— Значит, вы уверены, что все в порядке, никаких признаков проблем? — снова спросила я. — До сегодняшнего дня я не знала о беременности, тем более, что я на таком сроке. Я точно не придерживалась здорового питания.

Эми фыркнула, и я уставилась на нее.

— С вашим ребенком все в порядке, он выглядит сильным.

Эми застонала.

— Боже, я умираю от любопытства, как же хочется знать, девочка это или мальчик.

Я повернула к ней голову.

— Уверена, ты найдешь, чем занять свое время, не размышляя о том, кого я ношу — мальчика или девочку.

— Это сильно осложняет покупку детской одежды и всего остального. Как я могу выбрать детскую одежду унисекс? Я презираю желтый, — заныла она."

"— Не сомневаюсь, ты найдешь способ выжить, — сухо сообщила я. — Хотела бы я, чтобы Кейд был здесь, чтобы увидеть это чудо.

— Если хотите, могу сделать вам снимок, и вы ему покажете? — сказала доктор Сара, нажимая какие-то кнопки на мониторе.

— Было бы потрясающе, — ответила я, не отрывая глаз от экрана.

Маленький момент с моим нерожденным ребенком был прерван.

— Привет, это детский отдел Барни? Это Эми Абрамс, мне нужно, чтобы мне прислали последние коллекции детской одежды. Унисекс, пожалуйста. Но ничего желтого.

***

Я вышла из смотровой, крепко сжимая свернутые в трубочку снимки, а Эми возбужденно болтала рядом со мной.

— Видишь, я же тебе говорила! Ребенок сильный, как бык! Ничто не сломит этого маленького супермалыша. Слышала, что сказала док? Два месяца. Эта булочка была в духовке, когда тебя похитили, и она все еще держится. Ох, и повозишься ты с этим ребенком. — Ее глаза были прикованы к телефону, без сомнения, она делала покупки в Интернете.

Она не ошиблась. Я чувствовала себя так, словно плыла на седьмом небе от счастья, мой ребенок здоров. Наш с Кейдом ребенок идеален. Мы подошли к Буллу, и он шагнул вперед, выглядя слегка встревоженным. Я улыбнулась ему и сунула снимки ему под нос.

— Смотри! Это наш ребенок, ты можешь его разглядеть. Глазки, носик, все остальное. Разве не мило? — Я размахивала снимками перед его лицом, что, очевидно, его не устраивало, потому что он схватил меня за запястье, осторожно вынул их из моей руки и стал внимательно изучать.

Глубина эмоций этого сурового, обычно непробиваемого мужчины была ошеломляющей. Я наблюдала, как его глаза наполнились страданием, я могла видеть его мысли о том, что было бы, будь его прошлое другим. Как бы он смотрел на своего ребенка, если бы Лори не убили. У меня на глаза навернулись слезы, и я потянулась к руке Булла, но меня прервал громкий и знакомый голос.