— Взяв Пандору за руку, он потянул ее к ближайшему креслу и опустился в него, усадив жену к себе на колени. Она вздохнула с облегчением, руками обвила его шею. От нее исходил аромат духов с цветочными и свежими нотками, хотя Габриель предпочитал шелковистый, солоноватый запах ее чистой кожи, который возбуждал сильнее, чем афродизиак. — Пандора, ты не можешь позволить себе рисковать, посещая незнакомые места без охраны. Ты слишком дорога мне. Кроме того, если ты лишишь Драго возможности запугивать и подавлять людей, то деморализуешь его.
— Приму к сведению.
— Пообещай мне.
— Обещаю. — Она положила голову ему на плечо. — Что теперь будет? Дракон сообщит в полицию о том, что видел?
— Да. И пока мы не поймем, стоит или нет открывать следствие на этот предмет, я хотел бы, чтобы ты не уходила далеко от дома.
— Габриель… Миссис О’Кейре — чудесная женщина. Очень по-доброму и с интересом отнеслась к моим проектам, поэтому я уверена, что осознанно она никому не причинит зла. Если она оказалась втянутой во что-то опасное, то не по своей вине.
— Позволь мне предостеречь тебя, любимая. Иногда люди, которым ты веришь, могут сильно разочаровать. Чем больше ты узнаешь о жизни, тем меньше иллюзий останется.
— Я не хочу превращаться в циника.
Габриель улыбнулся, уткнувшись лицом в ее волосы.
— Если будешь немного циничной, станешь более защищенной оптимисткой. — Он поцеловал ее в шею. — А теперь давай придумаем, как мне наказать тебя.
— Наказать?
— Угу. — Его рука гладила ей голые ноги. — Ты плохо запомнишь урок, если я не подкреплю его.
— Какой у меня выбор?
— Любое наказание начнется с того, что ты снимешь панталоны.
Коснувшись губ жены, он понял, что она улыбается.
— До ужина осталось совсем немного времени. — Пандора постаралась увернуться, когда муж взялся за шнурок, затягивающий панталоны.
— Ты будешь удивлена: я успею управиться за пять минут.
— Учитывая последние разы, я ничему не удивлюсь.
Не отрываясь от ее губ, Габриель лишь засмеялся такому бесстыдству.
— Это вызов. Можешь забыть про ужин.
Пандора боролась с ним и пищала, пока он стягивал с нее панталоны. В конце концов она оказалась у него на коленях. Сидя. Голые ноги обхватывали его. Жесткий корсет заставлял ее сидеть выпрямившись. Габриель спустил у нее с плеча сорочку и вынул из чашечек корсета груди, поцеловал их, потом, не торопясь, захватил губами розовый сосок и полизал его. Она напряженно задышала, туго стянутая шнуровкой, и потянулась, чтобы расстегнуть крючки спереди.
Габриель перехватил ее руки, осторожно взявшись за запястья, завел их себе за шею.
— Оставь крючки в покое, — пробормотал он и, предваряя возражения, губами завладел ее ртом.
