Может быть, я его отлежал, когда спал? И что, он теперь никогда не распрямится обратно? Так и останется таким корявым?

Дядя Джек что-то пробормотал в ответ, и Фред сердито отскочил в сторону.

– Ничего с ним не в порядке! Может быть, там вообще перелом! Его надо как минимум забинтовать. И мне нужна лишняя порция семечек, чтобы набраться сил… ой! – Увидев Лоттину маму, Фред в ужасе вытаращил глаза и зажал себе рот двумя лапами.

Медленно, словно во сне, мама подошла к прилавку и тяжело опустилась на стул.

– Мыши тоже разговаривают? – спросила она слабым голосом.

Дядя Джек вышел из оцепенения и улыбнулся Лотти:

– Ты ей рассказала!

Лотти покачала головой.

– Софи надоело ждать, когда я решусь, и она заговорила с ней первая.

Софи спрыгнула с Лоттиных рук на прилавок и уселась в позе фарфоровой статуэтки, как садилась всегда, когда особенно гордилась собой.

– И я, как всегда, оказалась права, – заявила она.

Фред прошел по прилавку на цыпочках и остановился перед Лоттиной мамой.

– Я не люблю делать замечания, – произнес он с серьезным видом, – но сейчас ты сказала «Мыши тоже разговаривают», и это неправильно. Совсем неправильно. Мы разговариваем не тоже. Мы разговариваем лучше всех. Больше всех. Мы разговариваем все время. Когда ты сюда приезжала, нам приходилось молчать. И это была настоящая пытка. Я даже думал зашить себе рот, честное слово. У меня что-то с хвостом, и, наверное, это от стресса. А стресс оттого, что нельзя разговаривать. – Он опять обернулся назад и печально уставился на свой хвост.

– А т-ты пробовал рыбий жир? – спросила Лоттина мама, слегка заикаясь. Очевидно, что разговор с мышью стал для нее большим потрясением, и она брякнула первое, что пришло в голову.

Лотти закусила губу, чтобы не рассмеяться, а дядя Джек уронил голову на руки, сотрясаясь от беззвучного смеха.

Фред смотрел на Лоттину маму как зачарованный.

– Рыбий жир? Нет! А что это? Расскажи мне о нем все-все-все. – Он подтащил поближе круглую баночку с кондиционером для блеска шерсти (новый рецепт дяди Джека) и сел на нее, как на пенек, бережно уложив хвост себе на лапки. – Кажется, это что-то чудесное.

Сверху донесся торопливый топот крошечных лапок и восторженный писк. Остальные розовые мыши спешили спуститься вниз и послушать про новое чудесное снадобье.

Мама с беспокойством взглянула на Лотти.

– Они все ипохондрики, – шепнула Лотти ей на ухо. – А Фред хуже всех. Извини, мам, но теперь ты до вечера будешь рассказывать им о целебных свойствах рыбьего жира, и все закончится тем, что они уговорят тебя заняться поставками рыбьего жира для всех мышей в магазине.