Разум кричит мне «не верь, только не верь», а сердце своим бешеным стуком напоминает, что оно принадлежит только ему.
— Когда Инесса вернулась, я сразу разорвал с ней отношения. Но она не воспринимала всерьез мои слова. Она продолжала надеяться на что-то и, видимо, рассчитывала вернуть меня приватным танцем, — Тимур усмехается и вновь притягивает к себе мою ногу. Продолжает смотреть на меня и ждать ответной реакции.
В моей голове творится настоящий сумбур, меня бросает от одной противоречивой эмоции к другой. Стоит ли мне верить его словам? Он искренний романтик или искусный лжец?
— Ты же так любишь выяснять отношения, почему в этот раз ты предпочла избегать меня, а не ворваться в мой кабинет с претензиями?
— Потому что у меня появилась причина вновь ненавидеть тебя, — я вскрикиваю и уже в следующую секунду жалею о своей искренности. — Мы — это нечто неправильное, непоправимое. Происходящее между нами уже не похоже на одноразовую интрижку, все начинает набирать обороты и меня это пугает.
— Чего ты боишься, Адель?
— Я боюсь вновь испытать боль утраты. Я не хочу собирать себя по кусочкам каждый раз, когда буду узнавать какую-нибудь тайну о тебе. Мне тяжело поверить в то, что в твоем мире похоти и разврата есть место для чего-то искреннего и теплого. То, что нельзя купить никакими деньгами или взять непреодолимой властью.
Я начинаю задыхаться, мое горло саднит от горячих речей, а грудь раздирает непонятное чувство. К рези в ноге примешивается душевая тяжесть.
— Верь в нас, — потребовал Тимур, — Тебе не нужно искать гребаного бога. Потому что мы — нечто большее. Это осязаемо. Это реально. Это прямо здесь, блядь. Я, черт возьми, прямо здесь. Я никуда не уйду. Я последую за тобой, куда бы ты не пошла. Я буду поклоняться у твоего алтаря.
Меня начинает лихорадить от силы его слов. Кровь бешено пульсирует в висках, вызывая головную боль. Я смотрю в его карие глаза и не могу поверить, что это происходит сейчас. Между нами только что полыхнул огонь, и это не пламя страсти, это огонь новообращённой веры в наш союз.
Дверь кабинета со скрипом раскрывается, и взволнованный Эрик вбегает в комнату. Идиллия момента молниеносно исчезает, не оставив от себя ни следа.
— Боже мой! Я примчался сразу же, как узнал!
— Пока тебя не было, она бы уже давно истекла кровью, — Тимур рычит, испепеляя взглядом парня."
"— Простите, я бежал, как мог! Адель, твой телефон разрывается от входящих звонков, — Эрик дрожащей рукой протягивает мне телефон, на экране которого высвечивается входящий вызов от бабушки.
— Алло, бабушка, что случилось? — я отрываю телефон от уха и смотрю на панель уведомлений. Восемь пропущенных от бабушки.
— Адель, мы в больнице. Матвею стало плохо, поднялась температура, и нас госпитализировали.
