Дергаю ручку и вхожу, моментально окунаясь в атмосферу всеобщего веселья. Мама остается ждать нас в машине.

– А теперь молодых поздравит тетя невесты Ануш! Поприветствуем гостью! – кричит ведущая. Гора из кудрей и лака на ее голове смешно подрагивает.

Как у них тут все… На широкую ногу… А со мной он просто спал – без церемоний, оркестров и застолий. Тетя Ануш пытается протолкнуть свою внушительную задницу между сидений, а я, пользуясь ее замешательством, поднимаюсь на сцену.

– Можно мне сказать? Я… гостья со стороны жениха.

– Можно, – ведущая протягивает микрофон.

На меня вмиг устремляются сотни глаз… Впиваются в кожу, как острые лезвия. Ползут по моему лицу, шее, груди, обтянутой простой серой майкой, бедрам в короткой джинсовой юбке… Я уставшая, запыхавшаяся, немного лохматая, без макияжа… Жалкая Зойка по их мнению. Только я не такая… И я себя простила. Пытаюсь простить, потому что без прощения не будет новой жизни…

– Знаешь, Роберт, я не хотела врываться на твой праздник, но ты не отвечал на мои звонки, поэтому я…

– Опять эта ненормальная здесь! – истерически вскрикивает тетя Гаяна, поднимаясь с места. – Коля, может, охрану вызвать? Роберт, сделай что-нибудь."

"Он молчит. Бледный как смерть, подавленный, он уже знает, что я пойду до конца… Только Роб не догадывается, какую бомбу я собираюсь взорвать.

– Зоя, мы же все обсудили? Зачем ты пришла? – твердо спрашивает он. Прищуривается, смотря на меня, а потом на Мишку, играющему с плюшевым зверем. Музыка стихает, а по залу проносятся тихие голоса.

«Кто она?»

«Это его бывшая?»

«Какой позор! Вот так являться на чужой праздник!»

– Я пришла сказать, что Мишенька твой сын.

– Что? Да как она смеет? – взрывается Гаяне Ивановна. – Нагуляла… А теперь пришла права качать.

Нежная прекрасная Зара, одетая в розовое пышное платье, бледнеет и раскрывает губы в немом возгласе. Глаза Роберта округляются. Нет – глаза абсолютно всех гостей, присутствующих в зале, превращаются в блюдца!

– И еще я хочу сказать, что я жена Роберта. Вот паспорт. Мы поженились позавчера. И он взял мою фамилию, Гаяне Ивановна. Извините, я мечтала сказать вам это в лицо. Ваш Робчик теперь Шнайдер. Роберт Шнайдер.

Сую руку в кармашек сумки, судорожно шаря в поисках паспорта. Раскрываю страницу и показываю ведущей – она грустно вздыхает и кивает, подтверждая гостям правдивость моих слов. В этот момент Мишутка с силой кусает пластмассовый нос игрушки. Пуговица отрывается и исчезает во рту моего мальчика. Он ее вдыхает в себя… И тотчас синеет от приступа удушья.

– Миша… Мишенька… Господи, скорую!

Ноги не держат… Я бессильно опускаюсь на пол, прижимая сына к груди.

– Я помогу! – по залу проносится звонкий голос.