Не понимая, что происходит, я побрела за остальными, вошла в гостевой дом и увидела, что все присутствующие выглядят странно. На Феликсе домашние шорты и майка, угги и почему-то ушанка. Манюня в джинсах, пуловере, но без обуви, в одних носках. Марина при полном макияже, прическе, в свитере, который расшит стразами. А вот бедра супруги полковника радуют глаз практичными трусиками-боксерами бежевого цвета с ярко-фиолетовой надписью «амур-тужур». Нина в розовом халате, на голове у нее шапочка для душа. Юрец в спортивных брюках, голый по пояс, с мокрой головой. В руках у него здоровенный тюк. Дегтярев облачен в пижаму: брюки голубого цвета, майку, которая обтягивает его живот, а прямо над пупком на ней надпись «Гомер Симпсон». Одна я одета прилично в джинсы, свитер, курточку, ботинки, но все грязное, мокрое. И почему-то отвратительно пахнет.
Все стоят, смотрят друг на друга и молчат.
Глава 34
Первой опомнилась Марина. Она выхватила у Юрца тюк и вытряхнула из него Мафи и Хуча.
– Боже! Они простудятся! Немедленно звоните ветеринару! Срочно! Необходимо сделать девочкам уколы! – закричала Вокина.
Маша помахала рукой:
– Доктор здесь! А Хуч мальчик!
– Как, как, как их спасти от воспаления легких? – вопила Марина.
– Давайте сохранять спокойствие, – предложил Феликс.
Из кармана халата Нины донеслось кряхтение.
– Дусенька проснулась! – всплеснула руками няня и ринулась к двери, но Юра успел схватить ее за рукав:
– Подожди, Дуся в это время всегда крепко спит. Она не кричала, просто перевернулась с боку на бок.
Нина села на диван.
– Фу!
– Собакам надо… – начала Маша.
– Дать водки с перцем, – посоветовал полковник, – замечательное средство от любой инфекции.
– Глупости, это и людям-то не помогает, – рассердилась Манюня, – спиртное категорически запрещено животным.
– А я всегда, как только в горле зачешется, в носу засвербит, в ухе защелкает, использую водку, – заявил полковник, – наивысшего качества. Делаю свой коктейль.
– Ингредиенты озвучь, – попросил Юра, взяв у Марины из рук полотенце.
– Водки – стакан, – начал Дегтярев, – горчицы самой злой – три столовые ложки, хрена натертого – сорок граммов, чеснока – пять нарезанных долек, красный перец, жгучий – по вкусу, потом лимонный сок, капля оливкового масла и две оливки.
– Оливки для украшения? – спросил Юра, яростно растирая Мафи полотенцем.
– На закуску, неужели не ясно? – удивился полковник.
– Хуч, не вертись, – приказала Вокина, вытирая мопса, – отвратительный запах. Словно тут кучу навалили.
– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – спросила я.
– Говорила всем: в озере жуть водится, – всхлипнула Нина, – так никто мне не поверил! Чем это воняет? Кто знает? Будто туалет засорился.
Я стащила с себя куртку.
