Я нарочно сделала так, чтобы пленник увидел бежевую ткань моего нижнего белья. И чтобы проследил, как я зацепила резинку трусиков с обеих сторон и как слегка задержалась, когда начала спускать их вниз, немного обнажив для мужского взгляда гладкий лобок.

Стянув трусики по ногам, я неловко бросила их к кофте и, наконец, посмотрела на мужской член. Внутри пронеслось волнительное ликование. Что-то явно происходило – он все еще лежал, но стал больше!

Боясь упустить момент, я приблизилась к Астахову и вновь опустилась на колени. Едва коснулась его члена, как ощутила реакцию.

Он слегка напрягся, а еще стал более упругим на ощупь – кровь от возбуждения неизбежно приливала. Машинально вскинув взгляд, я с удивлением обнаружила, что пленник не смотрит… Он принялся буравить пространство, ведь сейчас меня – полуобнаженную на коленях – было довольно сложно игнорировать.

Внутри вдруг пронеслось неприятное стягивающее чувство. Я вынуждена это делать, но и его… вынуждала! Откуда же эта жалость?! Он – враг! Скольких он уничтожил из моей семьи не моргнув и глазом? Скольких обвел вокруг пальца, унизил, ограбил?!

Нельзя быть такой слабой.

Да и в конце концов… Ты рискуешь всем не ради мести, а ради шанса на мир! Если уж на то пошло, оказываешь услугу обеим семьям!

Я решила справиться с наплывшими переживаниями, всецело сосредоточившись на важном процессе. По-прежнему стоя на коленях, принялась ласкать рукой мужской орган, надеясь, что получится его достаточно возбудить и без визуального контакта Астахова. Я гладила ствол пальчиками, слегка сжимала уздечку, массировала головку, уделяла внимание мошонке.

Чем больше и тверже становился член, тем быстрее таяло мое стеснение, а ласка становилась интенсивнее.

Не знаю, как я поняла, что все – достаточно. Возможно, что-то внутри подсказало, когда я увидела капельку на кончике раскрытой розовой головки, которая смотрела ровно вверх.

Неуверенно подняв глаза на Астахова, я на секунду оцепенела. Он смотрел на меня, слегка склонив голову на бок, и в его взгляде я четко разглядела что-то такое… Словно я ему уже не казалась такой безобидной и никчемной. И возможно, теперь он осознал всю серьезность ситуации.

Я, кажется, тоже только сейчас всецело осознала. Лишь напоминание о дяде и том, сколько человек рисковало ради моего безумного плана, не позволяло мне остановиться. Но в глаза пленника я больше не могла смотреть.

Упрямо уставившись себе под ноги, я поднялась с колен и сразу уверенно пошла мимо кровати прямиком к стильному белому трельяжу у стены. На нем я ответственно оставила тюбик со смазкой, которую выбрала в аптеке наугад еще несколько дней назад.