Я не заблуждалась насчет того, что смогу хоть немного возбудиться и не собиралась превращать грядущий «процесс» в пытку. Ни для себя, ни для него.
Мельком оглянувшись на Астахова, я немного выдавила на пальцы прозрачной густой субстанции, приподняла юбку и стеснительно смазала свои половые губы, слегка заходя во влагалище. Глаза смотрели куда угодно, но только не в большое прямоугольное зеркало, которое отражало все мои действия и в котором я могла встретиться с глазами пленника. И так волнение зашкаливало…
Пульс начал барабанить по вискам еще до того, как я обернулась, оправив юбку и выдернув из коробки салфетку, которой вытерла пальцы.
Как мне удастся вместить его в себя? А двигаться как я смогу?.."
"Неосторожно закусив щеку, я замедлилась и невольно сжала бедра, чувствуя между ног неприятный холод из-за смазки. Затем буквально заставила себя идти к пленнику, чтобы не терять драгоценное время.
Я уже остановилась вплотную к бандиту и, настороженно поглядывая на него, попробовала упереться коленом справа от его бедра. К моему облегчению, обивка сбоку оказалась не слишком плотной и позволяла найти уверенную опору. Теперь осталось найти ее с другой стороны.
Стараясь не касаться Астахова, я взялась за спинку кресла, недалеко от его плеча, и плавно приподнялась, чтобы опереться на сиденье вторым коленом.
Смущение тут же огнем разошлось по щекам.
Слишком близко. Я видела маленькие морщинки на лице Астахова, чувствовала запах его кожи и даже шампуня! А еще моя обнаженная грудь предстала практически перед голубыми глазами чужого мужчины, которые вблизи воздействовали на меня странно… Гипнотически. Все это провоцировало мандраж в теле.
Как бы невзначай отвернув голову, я уставилась на торшер в углу своей спальни и просунула руку между нашими телами, пока не коснулась мужского бедра. Действуя не спеша, но решительно, я осторожно нащупала горячий и неимоверно твердый член, который захватила пальцами за ствол. Старательно направляя его, я попробовала аккуратно присесть. Однако еще до того, как горячая головка коснулась меня между ног, стало ясно, что ничего не выйдет, если я буду держаться за кресло.





