В остальном… учись, — хлопнула по плечу и вышла во двор. Меня никто не догонял, и я никуда не убегала. Светило солнце, небо яркое, в воздухе звенело лето, а я свободная. Теперь точно да…
Я: Привет) я в Москве
Глава 45
Марат
Полина ушла окончательно. А я отпустил окончательно. Тяжело, да. И сейчас тяжело, но небезнадежно. Вот сейчас свет в конце тоннеля тоненькой ниточкой потянулся. А до этого…
Как вышел из номера, как в аэропорт добрался, в Москву вернулся — все в тумане. Мои поступки, ее злые слова, угроза эта…
В окно выйти, чтобы ты отстал…
Я так испугался. Нет, лучше уж я. Но в этом плане я слишком труслив: физическое самоубийство не мой вариант, а вот убийство своей личности, полный распад, деградация — это да, мое. Все нахер. Всех нахер.
Родители похуй…
Работа похуй…
Двойняшки похуй…
Камилла похуй…
Ее ребенок похуй…
Бывшая жена, Полина, мать его, в самый дальний похуй…
Я подрался с отцом. Выгнал мать. Забил на работу. Наплевал на смерть Камиллы и туманное будущее сына, которого для меня сохранили. Про двойняшек забыл. А Полину вычеркнул отовсюду. Я рвал ее снимки. Разбил телефон с общими фотографиями. Уничтожал дом, который она обставляла и создавала уют. А затем падал, падал, падал. Девки, бляди, шлюхи. Я тонул в пороках, алкогольном угаре и даже что по-крепче принимал. Сдохнуть хотелось именно так, как жил, когда с Камиллой связался. Именно так, как те мужики, что в клуб к Давиду ходили. Я был животным, ненасытным, похотливым, безумным. Две недели не просыхал во всех смыслах. Вчера домой вернулся кое-как и в кабинете под виски отрубился.
А потом она. Я реально думал, что умер и почему-то в рай попал. Ну не могла Полина после всего прийти ко мне! Человек просто не способен на прощения в таком объеме. Так не бывает! Таких людей не бывает! И все-таки она пришла… Отпустила грехи. Я только сейчас понял, насколько меня терзала моя низость. Меня такое одержимое безумие накрыло, что готов был реально разорвать близкого и родного человека. Это напугало. Захотелось вычеркнуть себя из их жизни. Я привычно пошел по легкому пути. Тонуть в пороках и слать всех лесом легче, чем осознать, покаяться и отпустить. Легче злиться, чем радоваться за другого. Я не хотел, чтобы она была счастлива без меня. Сейчас… Полина достойна прожить прекрасную жизнь великолепной женщины. Без меня. Теперь понял.
Права Полина. Ранним утром в Варне, когда сорвался к Давиду, тогда потерял жену, связь с ней истончилась, нити привязанности трещали от натуги, затем лопнули окончательно. Дальше просто мои бесплодные попытки остановить и повернуть время вспять. Бороться с мельницами богов — неблагодарное дело. Но пока они крутятся по ветру, можно пробовать идти дальше.
