Оборачиваюсь с усталой улыбкой.
Вебисида стоит взмыленная, я слышал, что кто — то идёт. Поэтому для меня не стало неожиданностью.
Как и то, что своё дело она не бросила после моей заявки по завершении миссии по уничтожению Сехмет. Сказала при случае, что и так знала, что я не от мира сего ей сразу показался. Мол, как знала. Хотя взгляд уже не тот. Вернее в нём нет больше ноты превосходства.
— Ну чего ты? — Спрашиваю на выдохе перекаченную, сексапильную блондинку с ушками, меж бёдер которой мечтает внедрится пол армии «кошаков» и все тирские конники.
— Ты б потише орал, а то взбесятся и снова полезут, — пробурчала, почёсывая потную ягодицу. — А нам бы время раны зализать, да и катапульты с твоими броками увезти, а то еле тащатся на второй рубеж.
— И это мне говорит великая Вебисида, — посмеиваюсь.
— Слушай, ну ты уже второго Высшего угомонил, какая я к хвосту лысому великая?
Иной раз ненароком, но к слову. Лиен чуть дальше скромненько стоит, назад воровато оборачивается. Видимо, хотела наедине поговорить, а там уже командиры подгребают докладывать.
Меня ведь не поймаешь, я то тут, то уже за пять комье или семь с половиной километров отсюда.
— Вообще — то, обоих Высших мы общими усилиями ликвидировали, — отвечаю Вебисиде. — Вспомни последнюю заварушку.
— Особенно я постаралась, травила её пердежом из последних сил, — посмеивается.
Вздыхаю тяжело. Смотрит вопросительно. Хочу узнать, как там с Деодором у неё дела. Но сейчас это не к месту. Заложников я отправил в Левант, пусть Аргирис полюбуется и спросит, как они съездили в гости. Из первых уст, млять.
— Займись обеспечением прикрытия, — отдаю указание ей уже серьёзно и отправляю выполнять.
Киваю Лиен. Ути кисонька с глазищами, что две галактики.
— Ну чего ты? — Спрашиваю, как ребёнка.
Бывшая принцесса Пятого когтя подходит скромненько. Брони защитной из кожи со вставками на златовласке сейчас значительно больше: щитки на ногах, плечах и груди. И несмотря на это, вся исцарапанная, волосы от крови в головушке прилипли, глазища на пол лица, одни уши торчат. Одно покоцаное, сверху надорвано. Видимо стрелой зацепило. Мило улыбается, мнётся. Даже среди этого месива само очарование.
— Хотела выразить тебе благодарность, — промурлыкала, опустив глазища. — Это величайшая битва времён. Я… я до этого не жила.
— Я рад конечно, — замялся уже сам. — Но ты бы не лезла больше на передовую. Насколько помню, Роконом ты определена в резерв третьей очереди.
— Прости меня.
— Больше не нарушай приказы, малышка.
— Хорошо…
«Кошечку» чуть ли не подзатыльником отправляет прочь сам Рокон весь перебинтованный и хромой. Как я за него переживал, он в самом месите на пару с Галактионом дрался!
Киваю ему.
