Скорее всего, Морены — издали не видно. То, что они остановились там, для меня стало первым неудобством. Убирать их на улице — действо по ясным причинам нежелательное. А спуститься в клуб, имея их за спиной, не то чтобы значительный риск, но обстоятельство маложелательное. Я решил подождать несколько минут, прошелся вдоль вытоптанной клумбы, обогнул куст сирени, возле которого валялся мусор и осколки пивных бутылок. И тут увидел «Катран» — эрмимобиль графа Сухрова. Он медленно проплыл по противоположной стороне улицы, фыркнул густым облаком пара и свернул за угол. Там, судя по звуку, остановился. Как же не вовремя, господин Сухров! У меня нет возможности подстраиваться под него, тем более тратить внимание на его безопасность. Ведь внимание для мага — штука еще более драгоценная, чем для мастера рукопашного боя. Не имея больше возможности ждать, я направился прямиком в «Кровь и Сталь».
Двое, стоявших у входа в клуб увидели меня, когда оставалось с полсотни шагов. Тот, что с сигаретой, застыл и побледнел, табачный дым самотеком пошел из его рта. Второй вздрогнул и произнес:
— Волга… Он же мертв! Говорили, он мертв! О, Морена!
Вспомнилось, что граф Сухров «Волгой» называл того самого мага, образ которого я сейчас использовал. Ну, Волга, так Волга. Хотя я это жутковатое существо с белым, искаженным гримасой смерти лицом, назвал «Саруманом».
Тот, что курил, попятился, спотыкаясь, боязно освобождая мне проход. Второй сбежал по ступенькам в подвал, где размещался клуб и заорал:
— Волга идет! Кровью клянусь! Волга!
План клуба я знал — посмотрел в информационной сети. Активировал в левую руку «Лепестки Виолы», правую пока вложил кинетическую атаку. Спустился по лестнице и повернул налево. И сразу столкнулся с одним из «волков», похоже, работавшим здесь вышибалой — отсеивал с порога нежелательных лиц.
— Э, стой здесь, — прогремел он, протягивая ко мне крепкую руку с мозолями на костяшках пальцев."
"Я не стал проверять силу его, несомненно, прокаченных мышц, и не стал уточнять, знает ли он Волгу. Просто нанес дистанционный удар. Сильный и точный. Голова здоровяка запрокинулась, гулко ударяя затылком в кирпичную стену. Сам он безмолвно сполз на пол.
Я оглянулся — сзади пока никого — и распахнул дверь. В первый же миг слово «Волга» я услышал несколько раз, произнесенное кем-то с недоумением, кем-то с ужасом. Тут же распахнул «Лепестки Виолы», опережая направленный на меня остробой. Вскинул правую руку, резким движением ладони, отправляя стрелка в барную стойку. Кто-то появился справа, я даже не стал поворачиваться — пробил его кинетикой насквозь. На какой-то миг я успел увидеть в зеркале, мерцающим красным светом, лицо.
