А, учитывая, что чувства эти теперь были невзаимными, становилось понятно, почему она стремится оградить меня от общения с блондином.

Все еще находясь под впечатлением от столь неожиданной встречи, я поплелась на кухню, где нервно ерзал фамильяр, сидя за столом.

— Кто там приходил? — поинтересовался он нетерпеливо.

— Господин Инквизитор, — глухо произнесла я, доставая из серванта чайник и чашки с блюдцами.

— Какой господин Инквизитор? — не понял кот.

— С которого мы приворот снимали, — огрызнулась я, не выдержав.

— Вот те раз, — удивленно выдохнул фамильяр, опустившись на задние лапы, — А что он тут делает? Приворот то мы на этот раз сняли.

— Откуда мне знать? — резко поинтересовалась она, переставляя посуду на поднос, — Он к бабушке пришел.

— Странно, — протянул Селим перед тем, как я с подносом покинула кухню и двинулась в сторону кабинета.

Не знаю, обсуждали ли что-то перед этим бабушка и господин Ламберт, но стоило мне открыть дверь, появившись в кабинете, как оба молча принялись наблюдать за тем, как я с невозмутимым видом расставляю на столе чашки.

— А что вы здесь делаете, госпожа Мурай? — неожиданно поинтересовался господин Инквизитор.

Подняла голову, окинув его недовольным взглядом из-под ресниц и односложно ответила:

— Живу.

Господин Ламберт нахмурился, не сводя с меня глаз, и задал следующий вопрос:

— Но, вы же говорили, что отправитесь в столицу к вашей бабушке. Так почему же вы вместо этого поселились в доме госпожи Грэхэм?

Я поджала губы, не зная, что ответить и не желая отвечать вообще. Вот бы сейчас молча покинуть кабинет, но сомневаюсь, что мне позволят это сделать."

"— Потому что Элаин уже находится в доме своей бабушки, — ответила вместо меня бабуля.

И весь ее серьезный вид давал понять, что родственница не шутит.

Лицо господина Ламберта снова вытянулось. Он переводил неверующий взгляд с меня на бабушку и обратно. А затем покачал головой и произнес:

— Разве это возможно?

— И что же невозможного вы находите в нашем родстве? — холодно поинтересовалась бабуля.

— Но ведь все ведьмы носят имя рода, которое передается по женской линии, — начал господин Ламберт, — Вы Грэхэм, а Элаин — Мурай.

— Элаин решила отойти от традиции и взять имя рода своего отца.

В память о погибших родителях и для того, чтобы к ней относились непредвзято, а не как к внучке Верховной ведьмы, — невозмутимо произнесла бабушка, пожав плечами, — И если мы разобрались с нашими родственными связями. Будьте добры поведать, для чего же вы явились в мой дом?

Господин Ламберт вновь поднял голову, и наши взгляды встретились, отчего я непроизвольно вздрогнула. Я меньше всего была готова сталкиваться с проницательным взглядом карих глаз.