Наконец Никос достиг двери, указанной администратором, и вышел на просторную площадку, пересеченную асфальтированными дорожками и украшенную цветочными клумбами. Должно быть, пребывание в этом учреждении стоило больших денег.
Никос наконец заметил Софи, стоящую в дальнем конце двора возле лавочки. Она не видела его, будучи поглощенной разговором — или собеседованием? — с женщиной, явно из персонала больницы. И в тот миг, когда медсестра кивнула, отвернулась и направилась прочь, Софи заметила Никоса.
У нее подкосились ноги.
Как он нашел ее? Софи не думала, что сможет сегодня забежать в госпиталь, но, поскольку в службе занятости ей смогли предложить лишь вечернюю работу, она ухватилась за неожиданную возможность зайти сюда.
Должно быть, Никос следил за ней — это единственное объяснение.
Софи потрясенно смотрела, как он приближается к ней.
— Собеседование закончилось? — вежливо поинтересовался Никос. Взгляд его был задумчивым, как будто он прятал свой истинный интерес под некой маской.
Софи отрешенно взглянула на него, будучи не в состоянии что-либо ответить.
«Я больше не могу это выносить, — отрешенно подумала она. — Просто не могу».
Эмоциональное истощение наконец взяло свое. Пристальный взгляд Никоса буравил ее насквозь и обжигал, словно огненные искры. А она мечтала просто закрыть глаза, отгородиться от всего, но не могла. Почему он преследует ее? Почему?
— Никос… — очень тихо произнесла Софи. — Я так больше не могу…
Софи хотела вычеркнуть его из своей жизни, потому что видеть его было нестерпимо.
Никос проигнорировал ее слова. Он лишь окинул взором больничный двор, отметив каждую деталь.
— Ты действительно хочешь здесь работать? — поинтересовался он.
Софи открыла было рот для ответа, но внезапно что-то привлекло ее внимание. Никос проследил за ее взглядом. Кто-то направлялся к ним. И по мере приближения лицо Никоса становилось все бледнее и бледнее.
Боже мой…
Он мгновенно узнал этого человека, что привело его в шоковое состояние.
— Здравствуй, папа, — сказала Софи.
Словно завороженный, Никос смотрел на сгорбленную фигуру человека в инвалидном кресле, которым управляла медсестра. Пожилой мужчина с трудом поднял голову, взглядом пытаясь отыскать Софи. Она наклонилась и нежно поцеловала его в щеку.
— У меня выдался свободный день, — мягко произнесла она. — Поэтому я решила навестить тебя. Как ты себя чувствуешь сегодня?
За Эдварда Грантона ответила медсестра — та самая, с которой разговаривала Софи до прихода Никоса.
— Уже лучше, потому что вы пришли, правда? — обратилась женщина к своему пациенту, и Никос видел, как тот медленно кивнул. Он разомкнул губы и медленно, с неимоверным усилием произнес одно слово:
— Софи.
