Он задумался о том, не попытаться ли еще раз поговорить с Муаном прямо сейчас. Он с силой вцепился в дверь, боясь сделать шаг наружу. У него все равно нет других слов. Он может всего лишь повторить то, что уже говорил. Он вновь разозлит его своим жалким видом…

Внезапно Шен осознал, что стоит буквально в паре шагов от того места, где сидел, когда Ми Деми вырвала сердце из его груди… Из груди Муана, но… и из его собственной. Картина словно вновь предстала перед глазами. Шен почувствовал, что его мутит.

Он с силой захлопнул двери черного замка.

«Эта ночь такая невыносимая!»

Он предпочел бы потерять сознание, чтобы ничего этого не чувствовать."

"«Все хорошо. Все хорошо, — повторял он, бредя по пустым коридорам и поднимаясь по темной лестнице. — Муан ведь не умер, он просто слегка разозлился. Все будет хорошо. Все больше не выйдет из-под контроля…»

Головная боль сводила с ума. Добравшись до спальни, Шен скинул верхнюю одежду и лег на кровать. «Просто усни».

Но перед глазами калейдоскопом проносились картинки минувших событий, одна за одной, столько крови, полная беспомощность. Полная беспомощность.

Губ коснулась теплая кровь. Шен провел рукой и понял, что из носа течет кровь. Он сел на кровати, запрокинув голову, и приложил к носу край одеяла. Не было понятно, из-за чего она пошла: из-за его переживаний или энергии смерти, с которой не справлялось его физическое тело. Да и все равно.

Единственное, чего ему на самом деле сейчас хотелось, чтобы гребаный старейшина пика Славы сказал, что Шен не самое раздражающее существо в мире, может быть даже сносный, может, иногда с ним даже приятно иметь дело…

Голова раскалывалась от образов и воспоминаний. О том, как он цеплялся за Муана и Муан позволял это делать, как он проявлял заботу, приготовил чай… гладил его по голове…

Шен обессиленно опустился на кровать и уткнулся лбом в матрас.

«Все в порядке. Все в порядке. Все в порядке».

Муан стоял в полумраке возле постели, на которой лежал хозяин Проклятого пика. Старейшина пика Славы никогда бы не подумал, что когда-нибудь вот так тайно, без спроса проберется в чужую спальню, но это вышло как-то само собой.

Глаза Шена были плотно закрыты, но он метался в бреду. Пряди грязно-серых волос разметались во все стороны и частично прикрыли его лицо. Он бормотал во сне нечто неразборчивое, хмурился и выглядел болезненно. Муану хотелось верить, что это никак не связано с их разговором и с тем, что он на него накричал.

Муан наклонился к кровати, чтобы убрать с его лица особенно раздражающую прядь. Случайно или намеренно, он провел пальцами по его щеке.

Внезапно Шен схватил его руку, сжав несколько пальцев, и притянул к своему лицу. Муану пришлось наклониться ниже, он удивленно смотрел на него и понял, что Шен делает это во сне.