В принципе, это не так страшно, если речь идёт об обычных скоростях и флаерах в городской черте, но при резком впрыскивании жидкого водорода в оба двигателя одновременно у кара возникает нарушение аэродинамических свойств. Если предположить, что в этот момент пилот ещё и повернёт штурвал, то крутящий момент обеспечен. Я устранила эту неполадку, поэтому Тайлер сейчас без проблем смог обогнать соперников.

Даррен бросил на меня нечитаемый взгляд, ещё какое-то время помолчал, а затем спросил:

– Ты решила, что будешь теперь делать?

– Теперь?

– Год почти завершился.

Я на несколько мгновений смешалась. В смысле, чего хочу я? Агенты не могут иметь собственных желаний, они лишь выполняют задания. А задание, как известно, превыше всего.

– Лер выиграет эту гонку, – тем временем уверенно произнёс Даррен, – поступит в Академию. Если хочешь, я поговорю с руководством и организую всё так, чтобы туда приняли и тебя.

Предательская горечь разлилась у меня во рту. Я не захухря, я вообще не уверена, что меня всё ещё можно называть человеком. В горле запершило и, боясь выдать себя голосом, я просто промолчала.

– Я не знаю, как ты оказалась на «Безымянном», – тем временем продолжил Даррен, приняв моё молчание по-своему. – Но поверь, Джерри, не стоит класть всю жизнь на служение Особому Отделу. Эти деньги, что ты получишь от контракта, не стоят молодости. Мне уже двести двенадцать лет, я знаю, о чём говорю, и если бы мог вернуться в прошлое, то многое изменил бы. Я искренне рад, что у Тайлера всё только впереди. Это сейчас тебе кажется, что ты прожила уже большой отрезок жизни, но это не так.

"– У агентов не может быть детей, – всё-таки проговорила стандартную фразу из Устава осипшим от волнения голосом.

– Ах, это ты сейчас говоришь, – махнул рукой Даррен. – Многие агенты разрывают контракты с Особым Отделом, кто-то просто плюёт на правила и заводит детей, вон как твоя мать. Я не осуждаю её ни в коем случае, просто у нас очень разный менталитет с эльтонийками.