И летняя история с австрийским пробным талером, и казус с польской сабелькой… Сдал Кащей, чего уж там, крупно лажается порой, но в полный и окончательный маразм еще не впал, не потерял хватки… Что же, эта старая паскуда положила глаз на мастерскую? Иначе зачем тут Дашенька? Очень интересно…
За спиной раздавалось приветственное щебетанье-чмоканье. Судя по услышанному, девица тут была не впервые и с хозяйкой находилась в самых теплых отношениях. Смолин заглянул в комнату – Дашка извлекала из большого пластикового пакета разнообразные варенья-печенья… Ага, юные тимуровцы благородно шефствуют над одинокой старушкой, для чего тащились в этот патриархальный городок двадцать верст из Шантарска.
"Категорически не верилось в версию о бескорыстных тимуровцах, и все тут! Неужели Кащей…
Поймав на себе вежливо-пытливый взгляд длинноволосого, Смолин опомнился и, придавая лицу совершеннейшую бесстрастность, слегка поклонился:
– Василий Яковлевич…
– Михаил, – столь же вежливо представился юнец.
Интеллигентная рожица, следует отметить, явно происходит не из Ольховки с тамошними даунятами, тут порода чувствуется…
Поскольку говорить далее вроде было не о чем, они отвели глаза, и Смолин сразу подметил, что на лицах обеих дам, и старой, и молоденькой, появилось некоторое напряжение. Относившееся явно к его персоне, тут и гадать нечего. Точно, подумал он, щупальца Кащея, не утратившие, несмотря ни на что, прежней цепкости. Как-никак триста тысяч баксов, знаете ли.





