— Да, что вы, не стоило, — начинаю говорить я, но женщина отмахивается:
— Иди в душ, я приготовлю поесть! Никогда мать, которой изменял её мужчина, не встанет на сторону сына, что изменил своей жене.
Я сдаюсь и ухожу в душ, совершенно забыв, что именно я оставила на столе.
20.
Возвращаюсь из ванной и наслаждаюсь запахом вкусной еды. Давно меня никто не баловал домашней готовкой. Когда я приезжала в гости к маме, обычно готовила я. Пётр перестал что-то готовить, а к свекрови я и не ездила.
И вот снова я поем домашнюю еду, которую готовила не я. Почему, чтобы получить такую простую радость, я должна была развестись?
Нахожу маму бывшего мужа в гостиной, и у меня сердце камнем падает вниз, потому что она нашла мою карточку беременной.
Смотрит на неё вытаращенными глазами и с побледневшим лицом, а затем переводит взгляд на меня.
— И ты молчала? — в голосе полно осуждения. — Так вот почему ты отказывалась от спиртного.
Молчу. Жду её дальнейшей реакции. Вдруг пронесёт и решит, что ребёнок от другого, и оставит меня в покое? Нет, я ничего не имею против Тамары Васильевны, но её сын уж очень меня обидел.
— Так, по срокам вижу, что от моего балбеса. Забеременела в отпуске, — нет, свекровь уж очень умная и внимательная женщина."
"— Может, у меня тоже кто-то появился на стороне, и я рада, что Пётр ушёл из моей жизни? —
делаю я робкую попытку соврать.
Тамара Васильевна внимательно осматривает меня и качает головой.
— Доченька, ты совершенно не умеешь врать! Если там был бы кто другой, ты сразу бы заявила о своей беременности, а не скрывала её ни от меня, ни от моего непутёвого сына. К тому же в момент зачатия ты точно была на море, когда вы друг от друга не отлипали. Вряд ли ты бы успела с кем-то ещё, — иногда я поражаюсь, как открыто свекровь говорит на тему секса.
Легко. Непринуждённо. Это в порядке вещей. Потребность, как еда, которой не надо стыдиться.
Моя мама даже за супружеский брак готова застыдить. А что женщина тоже может получать удовольствие — это вообще грехопадение.
— Да, ребёнок от Петра, — сдаюсь я. — И я совершенно не знаю, что с этим делать, — сажусь на диван и прячу голову в руки.
Сижу так некоторое время, и свекровь садится рядом, гладя меня по спине.
— Я-то думаю, чего ты слегка поправилась, — её ласковый голос выводит меня из состояния ступора.
— Я узнала об этом за день до того, как Пётр сообщил мне о любовнице и ближайшем разводе. Я
пришла в шок и не знала, что делать. Я ещё никому об этом не говорила, кроме подруги, — выдаю я словесную тираду, а глаза вновь обжигает — хочется плакать.
— Даже родной маме? — удивляется Тамара Васильевна.
— Я ей и про развод не сказала, а когда она узнала от вас, я такую встряску получила.
