Она вспыхивает ярко-красным цветом.
— Лэн?
— Да, — я беру ее за руку. — Следуй за мной.
— Когда я смогу увидеть статуи? Я уже достаточно долго ждала.
— Терпение.
— Я терпела целых два года. Я не понимаю, почему ты так скрытничаешь, если я твоя так называемая муза.
— На то есть веская причина, поверь мне.
Толпа расступается, как Красное море перед Моисеем.
Я прохожу мимо всех наших родственников и друзей, включая, но не ограничиваясь Рай и Кайлом — да, мы теперь общаемся по имени, поскольку я, очевидно, их любимый будущий зять, и любой, кто скажет вам обратное, солжет — Майя, которая извинялась перед своей сестрой последние два года, Николай, дядя Эйден и тетя Эльза, дедушка и бабушка, и наша большая компания друзей.
— Мы уже пришли? — снова спрашивает она.
Я останавливаю ее перед статуей и снимаю повязку с глаз. Она моргает от внезапного света, но, когда она меняет фокус взгляда, ее губы раздвигаются.
Неземной цвет ее глаз расширяется по мере того, как она вглядывается в детали. Она переводит взгляд на остальные статуи и закрывает рот руками.
Я не могу не смотреть на нее, снова и снова влюбляясь в каждую искорку в ее глазах цвета полевых цветов.
"Она наконец повернулась ко мне лицом, ее лицо раскраснелось, а губы все еще приоткрыты.
— Они такие… такие… красивые. Нет, это преуменьшение. Я не могу поверить, что ты делал их все это время.
— Ты — причина существования этого шедевра, — я опускаюсь на одно колено и достаю кольцо, которое я сделал на заказ из редкого драгоценного камня, подходящего к цвету ее глаз.
Слезы блестят в ее глазах, когда она становится передо мной на колени и судорожно кивает, а затем показывает:
— Я люблю тебя.
— Это «да»? — отвечаю я.
— Да. Миллион раз да, Лэн.
Я надеваю кольцо на ее палец и целую ее под одобрительные возгласы и вспышки фотоаппаратов.
Когда мы расстаемся, я шепчу:
— Я тоже тебя люблю.
Я знаю, как сильно ей нужно это услышать, и, хотя я не верю в любовь как в эмоцию, я верю в нее.
В мою женщину.
Мою музу.
Мою вечность.
Конец.
Перевод группы t.





