— Что еще я тебе рассказала, пока была пьяна? — прищурилась я. Никогда! Вообще никогда не стану больше пить! Для верности весь алкоголь из дома выкину, к черту!

На мой вопрос Венес только многозначительно улыбнулся, с коварным видом, а я поняла, что дела мои плохи. Компромата на меня муженек собрал достаточно, чтобы терроризировать до конца жизни. Вот ведь!

— Где мое «добре утро»? — преувеличенно строго поинтересовались у меня и потянулись к моему лицу.

— В ванной.

— Что? — удивился Клим.

— Я говорю, никакого «доброго утра», пока я не почищу зубы. — серьезно ответила я. — Пока можешь довольствоваться лишь словесным пожеланием. — все же отстранилась я и завернувшись в одеяло, предприняла попытку встать с постели.

— Словесного мало. — услышала я, чувствуя резкий рывок. И вот стою я перед кроватью с самым ошарашенным видом и в одном белье. — Вот теперь утро, действительно, доброе. — расплылся он в улыбке, с потемневшими глазами.

Я набрала в грудь воздуха, готовясь высказать ему все, что у меня накопилось, но меня прервали.

— У тебя ровно три секунды, чтобы уйти в ванную. Иначе, как твое утро не знаю, а мое, точно, станет еще добрее. Поверь, твой вид не способствует моему самообладанию, а оно и так пострадало, после того, как мне пришлось сопротивляться твоим попыткам изнасилования, когда так хотелось сдаться. Сейчас я держусь на одном честном слове. Итак, раз…

«Два» я уже услышала из-за двери в ванную.

***

После завтрака мы с Венесом отправились по делам. Еще вчера, после утреннего разговора, Клим вызвался помочь мне с открытием кофейни. Я была рада его помощи, так как сама очень долго бы провозилась с этим.

Несмотря на обоснованные опасения, родные Клима отнеслись к моему пьяному дебошу философски и негатива я к себе не почувствовала, что порадовало. В этот же день было принято решение не откладывать, и заняться вопросом кофейни сразу же. Свекровь и ее муж, неожиданно, подключилась, сказав, что моя задумка очень интересная, и они хотели бы в этом поучаствовать, дав нам адреса, к кому мы должны обратиться в первую очередь, обещая обслуживание по первому разряду. Отчим Венеса, взамен попросил сразиться в карты с некоторыми его знакомыми, рассчитывая, что я тех обдеру до нитки. Сгорая от стыда, я согласилась, пряча смущенную улыбку. Близняшки, к моему большому удивлению, сказали, что займутся рекламой.

— К моменту открытия, у тебя будет самая рекламированная кофейня. — с серьезным видом сообщила Таша. Даша с ней согласилась, и они куда-то умчались с видом глубокого азарта. Видимо разрабатывать план маркетингового хода.

От такой поддержки от, казалось бы, совершенно посторонних людей, у меня то и дело слезы на глаза наворачивались. Всю мою жизнь, меня поддерживал только Ивар.