Черный Арагац

— Нет-нет…

Послышались удары станционного колокола, свисток обер-кондуктора, и поезд перенёс пассажиров в безмятежное, слегка покачивающееся состояние.

Студент углубился в чтение.

— Завидую вам, — вновь подал голос купец. — Книгу прихватили. А я вот не догадался. А что читаете?

— «Всадник без головы» Томаса Майн Рида.

— Как же такое возможно? — удивился попутчик. — Без головы и лошадью управлять?

Клим пожал плечами, но ничего не ответил. Разговорчивый сосед уже начал раздражать. А ведь с ним предстояло находиться рядом ещё не один час.

— Папа, я хочу в нужник, — проговорил мальчишка лет десяти.

— Подожди сынок, я достану утиральники[5]. Они в саквояже, — выговорил попутчик и, повернувшись к Климу, спросил: — Вы позволите, я проберусь под стол?"

"Ардашев поднялся и пропустил пассажира вперёд.

Попутчик долго возился у ног Клима и, вынув пачку белых салфеток, вышел в коридор вместе с мальчуганом.

Шторка отъехала, и за ней опять возникла брюнетка.

— Не будете ли так любезны отворить окно? — попросила дама студента.

— Конечно.

Клим попытался поднять окно[6], но оно заело и никак не хотело поддаваться.

Послышалось открывание двери, и возник купец с сыном.

— Давайте я вам помогу, — выговорил вошедший и тоже принялся бороться с рамой, сдавшейся в конце концов под напором двух мужчин.

— Ну вот, — облегчённо вздохнул Бессарабов. — Теперь будет не так душно.

— Папа, мне опять в нужник надобно, — проскулил мальчик.

— Да что же такое с тобой, Гришенька? Говорил же тебе не ешь немытые сливы. А ты не послушался. Теперь вот бегаешь… Ну что ж, делать нечего, идём…

Отец с сыном вышли, и в купе возникла неловкая тишина.

— Вы не будете возражать, если я закурю? — спросил Ардашев.

— С удовольствием составлю вам компанию, — пропела Вера Александровна, и у неё в руке оказалась пахитоска.

Студент учтиво поднёс даме огонёк спички и закурил «Скобелевские».

Вновь появился отец с сыном. Усаживаясь, купец вынул платок и, промокнув потный лоб, сказал:

— Хорошо, что взяли первый класс. И нужник имеется, и умывальник. Очереди нет, как во втором классе. Хоть и общие удобства, но зато они имеются. Знаете, мне много приходится колесить по рельсам. И больше всего возмущает наша Ростово-Владикавказская железная дорога.

Вроде бы частный капитал, акционерное общество, а на всех тридцати восьми станциях нет ни одного современного ватерклозета. Только уличные, деревянные, сколоченные из грубых досок… И все пассажиры третьего класса во время стоянки на станциях выстраиваются в очередь. На барышень смотреть жалко… Понять не могу, отчего у нас так в России? — выговорил Михаил Петрович и тоже задымил папиросой.

Климу не хотелось пускаться в рассуждения. Он лишь кивнул согласно и промолчал.