С личными холодильником, туалетом и душевой. Не знаю, сколько стоит один день пребывания в такой палате, Ярослав не говорит.

— Да, Варвара, все именно так, — подтверждает мужчина, — как только выйдите из больницы, сразу же поедем в суд. Думаю, из зала суда вы сможете поехать домой вместе с сестрой.

Он довольно улыбается, а у меня спина покрывается мурашками. Не могу поверить.

— Как это ни прискорбно, но повторюсь, похищение сыграло нам на руку. Журналисты будут следить за процессом очень внимательно, тем более мы их дополнительно подогрели разными страшилками про то, куда могут девать похищенных детей.

— Хорошо.

— Кстати, поздравляю с Днем рождения. Жаль, что вам приходится провести его в таких условиях, но зато теперь вы сможете стать официальным опекуном сестры. Плюс высокооплачиваемая работа. Да. Праздновать победу пока рано, и я не люблю делать этого заранее, но думаю, все будет хорошо."

"Разговор с юристом приводит в такой восторг, что я еле сдерживаюсь, чтобы не запрыгать от радости.

Заходим в палату, и я улыбаюсь Ярославу.

Он улыбается мне.

Красивый огромный букет нежных роз — подарок Ярослава, стоит на подоконнике. А еще он подарил очень красивый кулончик в виде сердечка. Сейчас он висит на моей шее, скрытый футболкой.

Мне было очень приятно, я не смогла отказать и приняла их.

— Варь, жаль, что твой День Рождения проходит в таких условиях, — снова говорит Яр и подходит ко мне, — зато к вам с Марусей никто не лезет с расспросами.

— Нет, я очень рада, что так. Спасибо тебе.

Мне хочется поцеловать его, но мы не в той обстановке, когда это возможно.

— Таким образом, — зачитывает судья ровным голосом, — принимая во внимание все вышеизложенные факты, суд постановил передать опеку над несовершеннолетней Марией Андреевной Савельевой Варваре Андреевне Савельевой. Решение суда вступает в силу с…

Она называет сегодняшнюю дату.

— Решение суда окончательно и обжалованию не подлежит.

Я стискиваю пальцы Яра, на глаза наворачиваются слезы. Получилось! Получилось!

— Судебное заседание объявляется закрытым.

— Яр, у вас получилось!

— Есть, — выдыхает Коротаев, достает платок и промакивает лоб.

— Варь, очень рад за тебя, — произносит Яр.

Обнимает, целует в щеку.

Мне кажется, что все происходит не со мной и будто во сне.

Так хорошо, что даже не верится.

И страшно.

Страшно, что сон закончится и я вернусь в свою привычную безрадостную реальность.