Бросаю ленивый взгляд на рабочий стол, где лежит гаджет. Может меня оставят уже в покое?
Телефон смолкает, однако ненадолго. начинает звонить снова.
Возвращаюсь к столу. Отвечаю на вызов. Это Герей Батурин."
"-Приветствую, - отвечаю сухо, ведь это еще одна головная боль.
Он меня даже не слышит.
-Рустам! Твой щенок...
Обрываю.
-Герей Касимович, вы забываете, с кем разговариваете. Марат - мой брат...
-Хорошо, хорошо, Рустам! Марат запретил мне приближаться к собственной дочери...
Как же мне всё это надоело...
-Ваша дочь уже год как его жена. Если запретил, это ведь ему решать?
-Рустам! Ты же не мальчик уже... Я пытаюсь наладить наше общение. И связи с твоим братом, между прочим!
-Вы отреклись от Асии, - напоминаю ему о принятых им решениях, которых я думал, он будет придерживаться.
-Вспылил. С кем не бывает? Дети способны довести своих родителей до крайней черты. Рустам, помоги, а? Ведь Марат - толковый парень. Я смогу помочь ему, он сможет помочь мне. Мы всё-таки родня теперь. Я же сделал, как он потребовал - Данис в психиатрической лечебнице. И не выйдет оттуда.
С содроганием вспоминаю то, что этому предшествовало.
-Герей Касимович, вы ведь понимаете, так лучше, как для самого Даниса, так и для всех окружающих. Ваш сын опасен... И неизлечимо болен.
-Именно это заставило меня на многое взглянуть иначе, Рустам. Поговори с Маратом. Он тебя послушает. Нет причин продолжает эту бессмысленную междоусобицу. Я готов принять Марата как сына. Ваших родителей нет в живых. И моя поддержка пригодится Марату.
В его словах много справедливого, но и Марата я понять тоже могу. Он не хочет нервировать беременную жену, которая ничего не забыла. И вряд ли забудет. Но я не думаю, что Батурин лжет, когда говорит, что не знал о проблемах Даниса. Вряд ли бы стал бездействовать. Там не на что было надеяться. Там следовало сразу же принимать экстренные и малоприятные меры.
-Хорошо, Герей Касимович, - соглашаюсь я, - Обещаю поговорить с Маратом и Асией и объяснить им, что вы им не враг.
-Спасибо, Рустам. Так будет лучше...
Отключаюсь.
С какого-то момента я перестал понимать, как будет лучше. И не уверен, что когда-нибудь пойму это снова.
Я возвращаюсь обратно к окну, смотрю в тяжелые, свинцовые облака. Где же ты, Оля? Зачем сделала это с нами?
Снова звонит проклятый телефон. В этот раз вообще не хочу отвечать.
Но всё равно подхожу к телефону. Это человек, занимающийся поиском моей жены.
-Да?
Мы разговаривали сегодня. Я засомневался в его способности решить нашу проблему. Он обещал мне чудо.
-Я сбросил фото. Посмотрите, она это или нет.
Ни на что особо не надеясь, открываю присланную фотографию. И сердце ухает куда-то книз.
-Это она! - едва хриплю, - Где?
А сам жадно вглядываюсь в женщину, несущую от колодца ведро с водой. В длинной юбке, платке, телогрейке...
