Я понимаю, это звучит ужасно и…"

"– Это звучит намного хуже, чем ужасно! Бросать наших павших боевых товарищей на поле брани на поругание врагу? – Генерал навис над Булганиным, пылая яростью. – Вы хоть представляете, что вы мне предлагаете? Я даже обсуждать это не желаю! Как это будет выглядеть со стороны?

– Петр Ильич, послушай меня, только не горячись. – Булганин примиряюще положил руку на плечо генерала. – У нас мало места, часть машин выведена из строя, как будто вся их электрика выгорела изнутри, и на устранение проблемы уже нет времени. Нам бы живых и еще этих впавших в кому спасти, вытащить отсюда.

Кошевар тяжело поднялся с табурета и молча надел на голову свою папаху.

– Хорошо. Сделаем по-твоему, мертвых оставим здесь.

Выйдя из палатки, Кошевар удовлетворенно кивнул, когда увидел, что боевая колона техники готова выступить в путь хоть сейчас. Солдаты грузились в кузов вездеходов АТ-Т и грузовиков «Студебеккер», которые изначально были загружены продовольствием, топливом и боеприпасами.

– Он не вернется, – с сожалением сказал Булганин, видя, что генерал пристально смотрит в ту сторону, куда уехал Монгол. – Скорее всего, он погиб. А если и выжил, он лучше нас знает, где схоронится до утра. Пора. Отдайте приказ на выдвижение.

– Наверное, ты снова прав, Степан Анатольевич. – Генерал с явной неохотой и сожалением направился к головной машине.

Проходя мимо грузовика, где находился майор Дроздов вместе со своим артефактом, генерал сбавил шаг, почувствовав в воздухе знакомый резковатый запах и услышав возню и ругань за брезентом.