Потом мы увидели дым и почувствовали запах гари. Уходя, они подожгли пристройку…
Уильям говорил, но его слова никак не желали укладываться у меня в голове. Я слышала его и не могла постичь смысл сказанного.
— Что они украли? — резко спросила я.
— Я не знаю… — он развел руками и тихо всхлипнул. — Мы были на улице все это время, ждали пожарных и ищеек.
— Да-да, понятно… — я рассеянно посмотрела на него и кивнула. — Мне нужно кое-что проверить.
— Тесса! — закричал Уильям мне уже в спину. — Подожди, внутрь никого не пускают.
Я его проигнорировала и у входных дверей наткнулась на знакомое лицо. Кажется, его звали мистером Николасом Уитмором и он был главой департамента сыскной работы. Я встречалась с ним, когда расследовалась смерть отца Тессы и Уильяма.
— Миледи, — он тоже меня узнал и чуть поклонился, и решительно преградил мне дорогу. — Внутрь нельзя, в доме работают мои люди.
— Мне нужно осмотреть дом, чтобы понять, что украдено, — я настойчиво попыталась протиснуться, но мистер Уитмор оставался непреклонен.
— Вы затопчите важные улики. Сперва мои люди соберут доказательства, а потом мы с вами и с графом Толботом составим опись.
Музыкальная комната. Музыкальная комната.
Два слова бились в моей голове оглушительным набатом. Целы ли документы?..
— Как долго это займет? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Сложно сказать, миледи, — ответил Уитмор, не глядя на меня. — Пока рано делать выводы.
Ждать нам пришлось долго. Около часа мы провели с бледным, хмурым Уильямом снаружи, пока по дому бродили незнакомые люди. Не совсем ясно, кого мне подозревать в пропаже вещей: грабителей или тех, кто хозяйничал сейчас в особняке без присмотра?
— Миледи, вам доставили посылку от архивариуса, — сообщил мне Кингсли. — Довольно увесистую по объему.
— И где она осталась? — спросила я с тупым равнодушием, мысленно уже простившись с документами, собранными в отношении сэра Джона.
— Анна отнесла ее в вашу спальню, миледи, — дворецкий почему-то отвел глаза.
Там, наверное, все перевернуто… Что бы они ни искали, в первую очередь должны были перерыть мои покои и покои Уильяма. А затем уже полагаться на фантазию и случай…
Я скрестила за спиной пальцы на удачу. Ну, кому мог понадобиться старый рояль?..
— Тесса!
Час от часу нелегче. С аукциона вернулась Элоиза. Что удивительно — в одиночестве, без толстяка-опекуна.
— Что здесь произошло? Я так испугалась, увидела этот ужасный дым еще издалека. О, боже мой, ты в порядке? А Уильям? Мой бедный мальчик… — она говорила и говорила и говорила, и ее голос звонким ручьем журчал над пепелищем и разрезал тяжелую тишину, повисшую между нами.
