Тяжелой, как черная дыра. Затмевающей собой все. Способной возродить тебя даже после смерти и привлечь внимание самой Первостихии… Хаос!

Тавор на мгновение сбился с шага. Да… когда-то, бродя безумным Комком Боли по раскаленным просторам Инферно, он имел неосторожность забыться и заглянуть во Тьму. А она – посмотрела на него в ответ…

Первостихии плевать на время и пространство, она зрит за бесконечный горизонт прошлого, настоящего и будущего. И переполненный ненавистью цифровой бессмертный чем-то ей приглянулся. Причем настолько, что она не просто наградила его своей силой, как очень и очень многих, а одарила своим Семенем. Единственного – в Друмире. Третьего – на Земле.

И именно воспоминание о Даре заставило Тавора невольно оскалиться и запнуться за ребро особо наглой монеты. Когда насилуют твое тело – это больно. А когда насилуют душу…

Полыхнувшая ярость вырвалась наружу сгустком плазмы и мгновенно испепелила с дюжину монет. Счастливый вскрик нескольких освобожденных душ утонул в завистливом выдохе тысяч других. Золотые кругляшки задрожали и, сжигая последние силы, принялись выпячивать рифленые гурты, стремясь хоть краешком зацепиться за мифриловые набойки сапогов Тавора и вызвать его гнев.

Тщетно! Воля самозваного бога вновь взяла чувства под жесткий контроль.

Сапоги размеренно зазвенели по драгоценному полу, безжалостно царапая мягкий металл и раня мятежные души. Заговоренный мифрил полосовал воспоминания, калечил чувства, навсегда разрывал родственные связи. Жалостливый вой резонировал в небеса, сплетаясь в единой молитве и взывая к справедливости."

"Тавор холодно улыбнулся. Пусть рыдают души, пусть плачет камень, пусть ОН придет. И тогда… Месть свершится! А для нее – не жалко даже этого картонно-цифрового мира…

– Аве мне! – согласно кивнул Император Друмира, отвечая на приветствие демона-стражника из первой тысячи Серебряного Легиона.

Трехметровый инфернальный воин пятисотого уровня испуганно склонил уродливую голову, признавая старшинство и пытаясь скрыть жадные глотательные движения. Одна из вырвавшихся на свободу душ пронеслась соблазнительно близко и… демон не удержался. Теперь же его потряхивало от высшего удовольствия и в липких объятиях ужаса – Тавор никогда не прощал покушения на СВОЕ…

Проходящий мимо бессмертный Император брезгливо усмехнулся краешком рта – бойтесь сучье племя, бойтесь!

Дрожи, подчинившееся Инферно – ты разделишь участь Друмира!

Дрожи, запершееся на сто засовов Седьмое Небо – ты уйдешь следом.

Дрожи вся цифровая гроздь миров!

Да и ты Земля – дрожи и бойся!

Тавор взмахнул рукой, одним движением вырывая черное сердце проштрафившегося стражника и бросая еще трепещущий комок на пол перед остальными демонами.