На лице читается “как я от вас устал”.
— Твоя сестра врет. И домработницу в это втягивает. Ты прекрасно знаешь, что я никогда бы себе не позволила кого-то ударить, — говорю медленно, четко проговаривая слова, чтобы выглядеть убедительнее.
Он прикрывает глаза и трет виски.
— Я не трогала твою сестру! Я ни в чем не виновата. — накручиваю на палец край футболки.
— Я знаю, — говорит на выдохе.
— В смысле? Тебе Элина сама всю правду рассказала? — немного тянет внизу живота. Сажусь в кресло и обхватываю живот руками.
Влад одобрительно кивает.
— Зачем тогда весь этот цирк? — недоумеваю я. — Меня хотела побесить?
— Неважно, что она сказала мне, — отвечает муж. — Я знаю, что ты говоришь правду. Не переживай, Элина больше тебя не побеспокоит. Но я очень недоволен твоим поведением, — голос меняется, появляется металл, словно меня отчитывают на собрании.
— В чем я опять провинилась?
— В чем? Ты из больницы сбежала! — в глазах огонь, значит, злится.
— Меня выписали. Сколько можно там лежать?
— Столько, сколько скажет врач!
— Так врач меня и отпустила. Тебе документы показать? — взрываюсь я. — Так они у меня есть. Сейчас принесу. — встаю, собираюсь идти в коридор, где валяется моя сумка.
— Сядь, — спокойным тоном указывает муж. — Ты из больницы уехала сама! Не поставила меня в известность. Ты ведь понимаешь, что это опасно?
— Все ведь нормально, я спокойно добралась.
— Лучше бы дождалась, пока я приеду. Или на крайний случай отправил бы водителя. Мне не нравятся такие самовольные поступки.
— Тебе ничего не нравится! — вспыхиваю я. — Я в этом доме живу хуже, чем падчерицы в сказках. Все на мне только зло и недовольство вымещают. Никто ко мне, как к хозяйке, — сразу поправляюсь, — к жене хозяина не относится.
Влад усмехается краешками губ, кажется, даже взгляд становится добрее.
— Хочешь быть хозяйкой, — говорит он спокойно, — так будь ею! Кто тебе мешает-то?
— И позволишь Нину заменить?
— А Нина-то тебе чем не угодила? Я не планировал ее менять."
"— Ты знаешь, что она мне сегодня заявила? Что ты ей не давал указаний не пускать никого в мою комнату.
— Я с ней поговорю. — Он садится в кресло напротив меня и погружается в ноутбук.
Разговор окончен, мне лучше уйти, но я не могу пошевелиться. Стать хозяйкой? Интересно, он сам-то понимает, что сделать это здесь, в его доме, который так и не стал моим, будет практически невозможно.
Домработницу нанимал он, и слушать меня она не желает. Сестра приходит тогда, когда ей удобно. У свекрови так вообще свои ключи.
Хорошо, что хоть в загородном доме у нас адекватная помощница и нам не нужно таскать туда с собой Нину. Правда, жаль, что мы бываем там редко. У Влада постоянно дела на работе, а одну он меня туда не отпускает.
