Достаю все пять яиц, собираясь приготовить на двоих. Надеюсь, хозяин этих яиц не станет возмущаться.
Хм, хозяйские яйца… В моей голове это звучит так смешно и пошло, что я улыбаюсь, пока от души колочу эти самые несчастные яйца о бортик разогретой сковороды, которую накрываю крышкой, после чего навожу себе кофе."
"Делаю первый терпкий глоток, смотря в окно. За ним зеленеет уютный московский дворик, и мое настроение окончательно взмывает вверх. И пусть я без понятия, где буду спать следующей ночью, но сегодня мой первый день в университете! Моя мечта сбылась! Я все смогла! Сама!
– М-м, как аппетитно пахнет, – внезапно урчит Волков за моей спиной.
Резко оборачиваюсь, чуть не расплескав из кружки кофе, и вижу, как Паша, голый по пояс, уже сует свой любопытный нос в сковородку, приподняв крышку. Я мгновенно вспыхиваю и отвожу взгляд, потому что, глядя на обнаженный мужской торс, я невольно вспоминаю вчерашний поцелуй и горячие ладони на своей груди.
– Яйца твои жарю, – буркаю я, ощущая на себе Пашин взгляд.
– Звучит кровожадно, но окей, – тянет Волков, демонстративно поправляя содержимое ширинки, – поделишься?
Кажется, его ничего не смущает и, вероятно, он и не помнит о вчерашнем инциденте. По крайней мере Паша ведет себя непринужденно, когда как я испытываю крайнюю неловкость.
Я, какого-то дьявола, помню его поцелуй, и от этого мне не по себе!
– Конечно, они ж твои, – сглатываю и смотрю в сковороду.
От этой, казалось бы, ничего не значащей беседы мои щеки горят так, что на них самих можно жарить яичницу.
Пашка, хмыкнув, наводит себе растворимый кофе и усаживается за стол, ожидая завтрака, а у меня руки потрясываются, когда раскладываю по тарелкам яйца, потому что чувствую на себе его взгляд. Парень следит за каждым моим движением, при этом его лицо, как и взгляд, не имеет ничего схожего со вчерашним. Может, он просто выспался?
– Приятного аппетита! – весело сверкнув глазами, внезапно произносит Волков, когда, поставив перед ним тарелку, я усаживаюсь напротив него.
Вскидываю на Пашу сощуренный взгляд. Что происходит?
Исследую глазами его довольное, расслабленное лицо, пока он закидывается яйцами. Он слишком доброжелателен. Настолько слишком, что вызывает повышение кислотности у меня во рту.
– Спасибо. И тебе, – с подозрением отзываюсь в ответ.
Может, просто радуется, что сегодня я от него съеду?
– Знаешь, Лина, я тут подумал, и…тебе не обязательно съезжать, – положив вилку рядом с тарелкой, Паша откидывается спиной на спинку стула. Выражение его лица тут же приобретает серьезный вид, а у меня застревает кусок яичницы в горле.
Мать честная. В чем подвох?
– Так понравилась моя яичница? – прищурившись, уточняю я.
Уголки губ Волкова едва заметно ползут вверх.
