– Я звоню тебе уже два часа! Ты почему трубку не берешь? – обрушивается на меня шквал претензий, когда отвечаю на звонок.
– Взял же…– отвожу руку с телефоном от уха, чтобы не оглохнуть от громкого возбужденного дыхания старшей сестры. От нее всегда несет сногсшибающей экспрессией.
– Через два часа, – притыкает она.
– Дай мне, даа-ааай…! – даже на расстоянии от трубки мои перепонки взрываются от душераздирающего визжания крошки Кэт, моей четырехлетней племяшки.
– Тихо ты, – шикает на нее сестра. – Иди спать!
– Даа-ааай! – орет Кэт. – Пася! Пася-яяя!
– Господи, на! Успокойся только! – слышу бурчание сестры и какое-то копошение в трубке.
– Пася, пивет! – ангельский тонкий голосок Кэтти заставляет меня улыбнуться. Будто не она сейчас верещала как сам дьявол.
– Привет, малышка. Почему не спишь?
Разница с Новосибом, где живет сестра с семьей, четыре часа. Там уже первый час ночи."
"– Уома не дает, – ябедничает племяшка. – Мама гаваит, у него животик фсе уемя боит. Но он так оёт, так оёт! – жалуется Кэт. – Пася, у нас дом тлясился от его кыика, – доверительно шепчет она.
Голос Кэт приземляет.
– Ой, ну начинается. Все, ябеда, иди и ложись спать, – в трубке возникает Алена быстрее, чем успеваю посочувствовать своей любимке-племяшке.
– Ален, повтори? – перебиваю сестру. – Я не понял. Кто ко мне должен приехать?
Смутно-тревожное предчувствие подкатывает к горлу. Интуитивно оборачиваюсь и кошусь на входную дверь.
– Ну Паша. Паулина. Забыл, что ли? Дочка Ванькиного брата. Ой, ну Паш, серьезно не помнишь?
Перед глазами всплывает образ худой угловатой девчонки с сеном вместо волос на башке, черными жирными стрелками на пол-лица и наглыми серыми глазами.
– Ну помню…была там какая-то…мелкая…– отвечаю размыто.
– Это когда было?! Ей уже восемнадцать, Паш. Она в Москву поступила. Сама. Умница такая. Хорошая девочка. Так вот, приехала в общежитие, а там какая-то проблема. Я толком сама не поняла. У нас время позднее, сам знаешь, завтра все нормально у Ваньки узнаю. А ты, Паш, приюти девочку, пока с общагой не разберется…
– Ален, ты серьезно? – вскипаю я, снова перебивая сестру. – У меня ремонт! Я куда ее класть буду? В чугунную ванну?
Которой и того нет.
