Ты хорошо постаралась.
— Чушь! — насмешливо фыркнула она. — Понятия не имею, о чем ты.
— Да-да, конечно, — с сарказмом подтвердила я. — Я и не обвиняю тебя. Просто хочу предупредить… Если вдруг на меня упадет кирпич и убьет — от моего посмертного ведьминого проклятия умрешь ты. Если я поскользнусь, упаду, разобью себе голову и скончаюсь на месте — умрешь ты. Если меня вдруг задавит карета или затопчет чья-то понесшая лошадь — умрешь ты. Если крысиный яд вдруг каким-то немыслимым образом окажется в моем чае — умрешь ты. Если совершенно случайно произойдет что-то, к чему ты, разумеется, не имеешь никакого отношения… — с усмешкой протянула я, — умрешь ты.
— Что?! — возопила она и вытаращилась в ужасе. — Ты не посмеешь! Правила ВШБ запрещают проклинать…
— Именно поэтому я до сих пор не навела на тебя порчу и не прокляла, — ледяным голосом отозвалась я. — Только, Дексова, учитывай тот факт, что проклятие, которое я наложила, станет активным лишь в момент моей смерти. Я уже не буду являться студенткой ВШБ, и, следовательно, мне станет безразлично, какие правила нарушены. То же самое касается тебя… Тебе ведь осталось учиться всего один год. А если ты выпустишься и предпримешь что-либо в мой адрес… Ты уже не будешь адепткой школы, и никаких правил я не нарушу. Я доступно объяснила?
— Вполне… — вдруг успокоилась она и посмотрела совсем иначе, оценивающе, словно прикидывая, как бы так меня удавить, чтобы ей за это не «прилетело» в ответ."
"— Дексова, не стоит… — покачала я головой. — Я очень терпеливый человек. К тому же сильнее тебя и в плане магии, и физически. А меня всегда учили, что обижать слабых — это низко и подло. И я держалась, не позволяя себе набить тебе личико или наслать чесотку и энурез. Защищалась, но не нападала. Но мое терпение не безгранично, поэтому я тебя предупредила, а уж что ты будешь делать с этим знанием, тебе решать. Но учти: отправишь меня на тот свет своими или чужими руками, я утащу тебя за собой в могилу. Никому еще не удавалось выжить после посмертного проклятия ведьмы. Так что встретимся за гранью очень быстро.
— И какое же ограничение стоит на твоем проклятии? — вдруг спросила она. — Я в курсе, что все они имеют условия для…
— Ты меня совсем за дуру держишь? — вскинула я брови. — Правда думаешь, что я тебе расскажу? Я долго составляла текст, чтобы учесть все факторы и твою изворотливую натуру, ведь тебе может прийти в голову не только отравить меня. Поэтому не надейся, что удастся каким-то образом избежать кары. Мой тебе совет: не трогай меня, не пытайся убить — и сама проживешь долгую эльфийскую жизнь.
— А ты жестокая и злопамятная, — обронила она.
— Нет, Иола, — покачала я головой. — Я не жестокая, а жесткая.
