В ее голосе красиво зазвенел металл: – Заявляю решительный протест! Во что превращается этот процесс? Какое безобразие! Мало ли, о чем представитель клиники разговаривает с клиентом, это приватное дело, и соответствующая информация должна защищаться законом о персональных данных и тайной переговоров!

– Кстати, о переговорах! – Говоров не смутился, наоборот, оживился. – Следующая запись сделана как раз во время переговоров, участниками которых являются присутствующие здесь адвокаты Егор Врунов и Олег Хрящев – с одной стороны, и все тот же Владлен Потапов – с другой.

– Требую прекратить! – крикнул Слизень.

Бегемот только открыл и закрыл рот, багровея, словно ему не хватало воздуха. Потапов нерешительно привстал и снова опустился на стул. А вот Громова резко поднялась и боком, боком, как краб, заспешила между рядами к проходу. Ломакина было дернула ее за юбку, пытаясь удержать, но схлопотала веером по лбу и громко, басом, выругалась.

– Вия? – жалобно позвала Элеонора Константиновна.

Ее подруга, даже не оглянувшись, исчезла вслед за свидетельницей Першиной.

– Продолжайте, – сказала я Говорову.

Что-то стукнуло, цокнули каблучки, приятный женский голос доложил:

– Владлен Петрович, к вам господа адвокаты.

Зашуршали шаги, скрипнул паркет.

– Егор Врунов, очень приятно.

– Олег Хрящев, рад познакомиться.

– Взаимно, Владлен Потапов, наслышан о вас, господа. Прошу! Чай, кофе? Нет? Тогда сразу к делу. Чем обязан?

– Владлен Петрович, у нас к вам предложение, – сказал Врунов. – Будем говорить прямо, развитию вашего бизнеса серьезно мешают конкуренты. Клиника с похожим названием, не будем его произносить, уводит у вас из-под носа новых клиентов и перетягивает старых.

Что вы скажете, если мы свалим этих ваших конкурентов?

– Ничего не скажу, буду молча аплодировать. А вы можете это сделать?

– Мы это уже делаем, – в разговор вступил Хрящев. – Можно сказать, такова наша с коллегой специализация. К ней прилагаются знания, опыт и связи. Мы можем организовать шоу на ТВ, поднять шум в газетах, погнать волну в соцсетях…

– И все это очень профессионально! – подхватил Врунов. – У нас есть свои технологи по черному пиару, есть бойкие журналисты, лидеры мнений, да мы и сами уже вполне медийные личности – и на ток-шоу выступаем, и в суде…

– Наймите нас, – продолжил Хрящев.

 – Вам это обойдется недорого, мы не гонимся за миллионными гонорарами, можно сказать, берем оптом – у нас таких дел немало.

– Сколько? – деловито спросил Потапов.

– Дел или денег? – так же деловито уточнил Хрящев.

– Назовите сумму.

– О, всего-то двести пятьдесят тысяч рублей!

– Двести.

– Владлен Петрович, помилуйте, мы же и так почти даром… Двести сорок."

"– Двести двадцать.