Зимобор поднял личину, рукавом отряхнул широкую пасть с нарисованными углем черными зубами. Если бы не это, так знал бы, что все померещилось.

«Ищи Старуху…» Если кто-то знает, как бороться с младшей их трех вил, то разве что две старшие. Или она имела в виду, что ключ от всех этих дверей где-то в прошлом? Непонятно… И где ее найти, Старуху?

На другое утро Зимобор поехал в Радегощ. Увидев перстень Дивины, князь Столпомир переменился в лице. Через столько лет он едва ли мог узнать эту вещь, но сам этот детский перстенек всколыхнул столько воспоминаний о прошлом – о детях, когда они были маленькими, о жене, совсем молодой и прекрасной, о себе самом, тоже молодом и полным юной удали, – что Столпомир на время забыл о Зимоборе.

Перед глазами вставали горницы, залитые солнцем – в молодости всегда светит солнце, – и счастливый детский визг, и веселый голос княгини Славницы, так смешно и мило коверкающей славянские слова, и свое собственное ощущение радости оттого, что впереди так много всего хорошего…

– Она сказала, что до весны ей из леса дороги нет, а весной велела приходить за ней, – сказал Зимобор. – И весной я ее найду – или сам в лесу сгину.

– Сгинуть – не надо, – задумчиво проговорил князь Столпомир, с трудом выходя из мыслей о прошлом. – А вот найти – найди. Что тебе для этого нужно?

– Не знаю еще, – честно ответил Зимобор. – Лес Праведный не дал времени поговорить.

– Ну, главное, жива! – Князь Столпомир оправил пояс, провел рукой по бороде, стараясь сосредоточиться. – А пока давай решай, что с твоей сестрой делать. Ольховна теперь твоя, пора в Смоленск собираться. Дадут тебе ополчение?

– Дадут.

– Собирай, сколько сможешь, и как праздники кончатся, так выступаем.

К Смоленску как пойдем, по Днепру? Или на Касплянское озеро?

– Ты сам все знаешь, князь. – Зимобор улыбнулся. Полотеские и смоленские князья так часто ходили в походы друг на друга именно в этом направлении, что хорошо знали дорогу. Зимобор сам не хуже мог рассказать, как идти и где ночевать в походе на Полотеск.

– До него три перехода, значит, должны успеть, пока смоленское войско не подошло. Они ведь тоже до Велесова дня[55] из города не выйдут?

– Не выйдут. Княгиня богов почитает.

– А сестра твоя как – очень упряма? Если отсюда ей предложить мириться и Смоленск уступить – не отдаст? Кто ей помешает? Мать, воевода, бояре?

– Ей и воеводы не надо! Она сама такая – лучше умрет, но не отступит.

 – Зимобор потер маленький шрам на подбородке, оставшийся от давней детской драки с сестрой. С тех пор прошло двадцать лет, но он отлично все помнил. Теперь им предстояло драться не за игрушку, а за власть над целым княжеством, и цена победы здесь будет гораздо выше, чем один маленький шрам."

"– Значит, поезжай в Ольховну, собирай войско.