32
0В последний раз, оббежав подворья и убедившись, что ничего не забыли, они усадили Ладу на Векшев узел с подушками и, переглянувшись, дружно обернулись к собравшимся соседям.
– Простите, люди добрые, коль что не так было, – поклонившись в пояс, громко произнес кузнец.
– Род с тобой. Езжай с миром, – раздалось в ответ.
Шагнув следом за ним, поклонился и Беломир. Но тут в ответ прозвучало совсем иное. Как оказалось, станичники не забыли, что он не жадничал делиться своей добычей с теми, кому было тяжело, так что прощались с ним куда душевнее.
Спустя четверо суток караван, скрипя осями и нещадно пыля, подкатил к околице большой станицы. С интересом оглядывая свой новый дом, Беломир привстал в стременах и, убедившись, что поселение и вправду серьезное, с некоторой растерянностью усмехнулся, повернувшись к приятелю:
– Прибыли, друже.
– Ништо, брат. Сами живы, а добро наживем, – усмехнулся кузнец в ответ."
