Джослин вылетела в дверь и помчалась к лестнице. Казалось, она чувствует его дыхание на шее, но оставалась надежда, что это лишь ее воображение. Так и было. Почти. Он бежал футах в трех позади, когда она резко остановилась у верхней ступеньки. По лестнице поднимался Кольт. И тоже резко остановился. То же самое сделал и Длиннонос, решивший направить свое оружие, которое он все еще сжимал в руке, на Кольта. Это было последнее, что он сделал в жизни.

Он только нажимал на курок, когда Кольт выстрелил. Пуля Длинноноса просвистела возле уха Сандера и впилась в стену.

Джослин плюхнулась на ступеньку и судорожно вздохнула.

— В этот раз я совсем не имею ничего против твоей привычки кидать мужчин к моим ногам.

— Ты в порядке?

— Да, конечно. За последнее время я уже привыкла к таким вещам. — Однако голос ее звучал отнюдь не спокойно. Он, прищурившись, поглядел на нее.

— Судя по твоему виду, тебе не помешает глоток виски.

— Если бренди, то я, пожалуй, согласна.

— Тогда иди. Я присоединюсь, как только избавлюсь от этой падали.

Однако он пришел гораздо раньше. Со всех сторон сбежались встревоженные выстрелами люди, и он предоставил уборку им. Графиня чуть было не опередила его, но все же не успела.

— С ней все в порядке. Ванесса, — спокойно, но решительно остановил ее Кольт. — Предоставь ее мне.

Графиня была столь шокирована его обращением, что в первый момент потеряла дар речи. А в следующее мгновение дверь перед ее носом закрылась, и она упустила свой шанс.

— Да я никогда… — запыхтела она.

— А я думал, ты хотела, чтобы он пришел, — раздался у нее за спиной голос Робби.

— Должно быть, у меня было временное помутнение рассудка. Я забыла, каков он.

— Раз уж ее это не беспокоит, сердце мое, то почему это должно волновать тебя?

Графиня было нахмурилась, но тут же улыбнулась.

— Ты совершенно прав. В конце концов не мне с ним жить. А в это время в гостиной Джослин, медленно потягивая бренди, произнесла:

— Не очень мило с твоей стороны.

— Я был недостаточно вежлив? Изогнув бровь, она взглянула на его невинную физиономию, стараясь понять, шутит он или говорит серьезно.

Куртку он сбросил в холле, прежде чем шум наверху привлек его внимание. Джослин обратила внимание, что он не в замше и без косичек. Лишь привычные мокасины были на месте. Остальной его наряд — темные брюки, расстегнутая сверху синяя рубашка, красная бандана на шее — не отличался от обычной ковбойской одежды.