Коля, сказав, чтобы вино Вика не открывала, быстро принял душ и устроился за столом напротив супруги. Ел торопливо, чувствовалось, что очень голоден. Возможно, ему и пообедать не пришлось. Вика не мешала, ждала, когда муж утолит первоначальный голод.
— Викуш, — виновато заговорил Коля несколькими минутами позже. — Тут такое дело… Я успею утром проводить тебя на поезд и сдать свой билет. А потом наш отряд уедет в командировку на место ликвидации, на десять дней. Очень много работы там. Отпуск мой перенесли на этот срок, но обещали сверху добавить несколько отпускных дней.
Несколько минут Вика молчала, оглушенная новостью.
— Я тогда тоже никуда не поеду, — выдавила она наконец.
— Викуш, не надо. Поезжай. Сама подумай: что ты тут будешь делать одна целых десять дней? У тебя ведь отпуск. А так развеешься, отдохнёшь, с родными пообщаешься. Время пролетит незаметно. А там и я приеду, на машине, быстренько.
Плечи Вики опустились. Она чувствовала себя собакой, которую хозяин привязал у магазина на солнцепёке, а сам не выходит уже битый час. А бедное животное уже теряется в пространстве и времени, и начинает подозревать, что его оставили у магазина навсегда, прицепив поводок к металлической трубе.
Коля взял Вику за руку, усадил её к себе на колени и быстро собрал губами слезинки с лица жены.
— Ну-ну, — тихо и ласково произнёс он. — Не узнаю свою Вику. У моей Вики всегда хвост пистолетом, а в глазах — огонь.
Вика усмехнулась сквозь слёзы и потёрлась щекой о короткие русые волосы Коли. Провела пальцами по недавно выбритой щеке, заглянула в родные зелёные глаза, и внезапно навалилось острое, тяжёлое, мешающее дышать желание.
— Ну вот, наконец-то, — прошептал муж, быстро стянув через голову свою футболку и расстёгивая домашний халатик Вики.
Вика прижалась к его широкой груди, обхватила за плечи, и все беды отступили.
На вокзал приехали задолго до отправления поезда. Коля сдал билет, потом они с Викой посидели в одном из маленьких круглосуточных кафе. Есть не хотелось, взяли по чашке кофе.
"— Я приеду сразу, как только всё закончится, Викуша. Какие-то десять дней, — Коля провел пальцами по щеке и гладким чёрным волосам Вики, с нежностью глядя в тёмно-карие глаза жены.
Вика поймала его руку и прижалась к ней губами. Сердце похолодело и замерло от дурного предчувствия. На душе было тяжело и сумрачно. Однако Вика решила, что достаточно уже ныть и виснуть на муже. Она-то хоть отдыхать едет, а ему предстоит провести десять дней в полевых условиях, занимаясь тяжёлым и опасным трудом.
— Да, Коля, я знаю.
