— Ты реально поедешь в ночь в аэропорт? — возмутилась я. — Отправь Олега, — да, у него был водитель, если уж эта женщина не могла взять такси!

— Это моя мама! — топнула ногой Николь. — И мы встретим ее!

Я перевела изумленный взгляд на мужа. Неужели спустит на тормозах этот тон и наглость?! Я редко отчитывала Ники, потому что боялась обидеть, она ведь мне не родная, но Мирослав! Раньше она себе такого не позволяла, и он не допустил бы…

— Все, хватит! — оборвал Мир. — Собирайся, — кивнул дочери. — Я быстро, — чмокнул меня в плечо.

Я ждала его весь вечер, пока полночь не наступила.

Муж разбудил даже не знаю во сколько: он пах духами, а на губах — терпкий вкус сухого вина. Возможно, не только его…

Глава 2

Мирослав

Я выгнал из гаража свой БМВ и сам сел за руль. Дочка запрыгнула на переднее сиденье, фыркнув, что из-за детского кресла сзади неудобно. Да, это семейная машина, так должно быть: Рома в кресле; она с ним, а Яна рядом.

Я непривычно крепко сжимал руль, перебирая собственные мысли, даже с Николь не говорил. Опять с женой вышло некрасиво. Вечер вместе собрались провести, недопонимания нивелировать близостью, поговорить друг с другом, как когда-то делали постоянно.

Но я сорвался: тут и дочь и… ее мама. Ох, Лика… Жопой чуял, что с разбега в бездну ныряю, что мог потерять привычную жизнь, которая меня полностью устраивала. Что жалеть потом буду, ведь обжигался уже, но… Сложно остановиться и прочертить линию, за которую нельзя заступать.

Яна — моя жена, и я ей верен. Физически точно. Она меньше других заслуживала быть преданной. Она хороша, о такой женщине мужчинам мечтать нужно: она появилась в тяжелый жизненный период и сделала его сносным.

Сначала просто своим присутствием, общением, компанией. Затем я захотел ее как женщину — да, это произошло не сразу: Яна красивая, но я был после сложного развода и не пробивал стояком потолок. Тяга возникла постепенно, обдуманно, не на инстинктах, а на смеси влечения, разума и чувств. Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы сделать ей предложение. Одно из самых правильных моих решений.

Я любил вторую жену. Любил Яну. Это выверенное серьезное чувство. Но Лика — это что-то на инстинктах, так всегда было.

С ней я терял голову и способность мыслить здраво. Черт!

— Ники, — повернулся к дочери, — ты почему так с Яной разговариваешь? — со своими думками совсем забыл о воспитании. Николь реально борзеть начала.

— Как так? — сделала невинные глаза. Внешне она больше в нашу, Нагорновскую породу пошла, но глаза как у матери, большие, голубые. Ромка похож на нас обоих с Яной, в том числе и серыми глазами.

— Ты прекрасно понимаешь. Ты грубишь, Ники. Так нельзя. Яна твоя…

— Она мне не мать! — отчего-то воскликнула.