Вождь лежал на столе у балкона, уже обмытый, в костюме. Прямо с заседания, на электросанях, явилось Политбюро в полном составе, кроме Троцкого. Впереди шел Сталин, за ним Каменев, Зиновьев и прочие.
— Да, да. Вот оно.
Он медленно обошел стол, встал удобно, приподнял голову вождя и запечатлел на мертвых губах крепкий, чудовищно долгий поцелуй.
Все зашевелились, принялись подходить по очереди. Михаил Владимирович выскользнул в прихожую, отыскал среди гор одежды свое пальто.
— Не ходи туда. Уже не за чем. Поедем отсюда скорее. Домой хочется."









