Они уже полгода встречались, и, блин, стоили друг друга. Дружить я с ними дружил, но с опаской. Такие сожрут и не подавятся.

– О чем болтаете, мальчики?

– Да вот говорим, что Царь недавно какую-то заучку натянул, – с удовольствием сдал меня Костян. – Красивые в нашей шараге кончились, так его теперь на умных потянуло!

И заржал, дико довольный собственной шуткой. Мы со Стасом синхронно поморщились. Вот же дебил.

– Это Кристина из ЛМ-101? – проявила вдруг удивительную осведомленность Марго.

Я нехотя кивнул. Не универ, а проходной двор. Все всё про всех знают. Ты только подумал, чтоб в трусы кому-нибудь заглянуть, а вся группа уже в курсе. Бесит!

– Говоришь, натянул? – прищурилась девушка, и мой позвоночник захолодел от нехорошего предчувствия. – А у меня вот другая информация.

– Какая? – встрепенулся Саня, почуяв жареное.

– Не дала эта заучка Царю, вот что! – торжествующе объявила эта стерва. И откуда только узнала?!

– Да ладно? Кир, в натуре?"

"– Марго, гонишь! Царю все дают. Он же смазливый, как баба. Даже та стажерка не устояла, помните?

И они загоготали.

Блин.

– Инфа сотка! – Марго уже злилась. – Девчонка из ее группы сказала,. Передай, говорит, чтобы Царь не задирал нос, есть типа и те, кого он не смог в койку завалить.

Все вопросительно уставились на меня. Врать в этой ситуации было бессмысленно, но и правду следовало преподнести в каком-то удобном для меня виде. Я свою репутацию плейбоя два года с нуля выстраивал, и что – теперь в один момент все рухнет?

– Ну да, не сложилось у нас, – легко улыбнулся я. – Она девочка зажатая, с комплексами плюс я устал. Не очень хотелось.

– Не очень хотелось? – ядовито переспросил Стас. – А какого хрена ты меня тогда с кровати выталкивал, где она лежала? Че врешь-то? И нифига она не зажатая, вы там стонали, как два мартовских кошака, когда лизались. Мне блин пришлось в другую комнату из-за вас уходить.

Воцарилась тишина.

– А где эта королева красоты, а? – с интересом спросил Костян. – Которая нашего Царя нагнула?

– Да вот! – Марго кивнула на крыльцо. – В очках и с такой косой идиотской.

Наши посмотрели туда, затем на меня, а потом как заржали одновременно – словно табун лошадей.

– Капец! Вот это да! Лоханулся ты, братан! Не, ну молодец девка! Придумала, чем запомниться!

Пацаны хохотали до слез, наперебой обсуждая мои постельные таланты, вернее, их отсутствие, а у меня начали гореть щеки и стало неприятно колоть в груди. Ненавижу, ненавижу, когда надо мной смеются. Терпеть этого не могу. Все, что угодно, но только не это.

– Хватит ржать, дебилы! – тяжело сказал я. – Говорю ж, устал тогда. Выпил много.