— Принеси мне иконку Ксеньюшки, поставь рядом, чтоб я её видела.
И тут Настя поняла, что бабушка не шутит и не городит чепуху, а всерьёз собирается умереть и оставить её одну. Зажав между колен дрожащие ладони, она сгорбилась от страха:
— Бабушка, ты поправишься, ты не умрёшь! Скажи, что тебе лучше, скажи! Хочешь, я ещё один укол сделаю? Утром доктора вызовем.
Но бабушка не отвечала. Скосив глаза к тумбочке, она смотрела на икону Ксении Блаженной и, что Настю особенно удивило, улыбалась светло и умиротворённо."
"Откладывать дела в долгий ящик Настя не любила и вскоре после похорон вырвала у шефа две недели отпуска, села за руль и отправилась в Пустошку.
* * *— Никита, что случилось? — спросила Рита, едва они остались наедине. Фриц Иванович и Настя ушли, Рома и Галя катались в снегу под окнами, и в доме установилась мирная тишина, окрашенная запахом крепкого чая и морозной свежести, какая бывает только в деревенском доме.
Он пожал плечами:
— Ничего, все нормально, обычная рутина.
Никита не знал, как увести разговор в сторону. Попробовал нелепо пошутить, сбился и внезапно понял, что именно с Ритой хочет быть откровенным до самого конца, без утайки.
Он встал из-за стола и собрал чашки, из которых пили чай:
— Куда их поставить?
— На кухонный столик. — Рита отобрала у него чашки и посмотрела в глаза, ожидая ответа.
«Этим глазам соврать невозможно», — подумал Никита и жёстко сказал:
— Моих страусов отравили.
Рита охнула:
— Какой ужас! Как?!
С чашками в руках она опустилась на табурет, потом снова вскочила, схватила полотенце и принялась вытирать сухую тарелку. Никита подошёл к окну, глядя на занесённый соседский дом, и ровным тоном произнёс:
— Сразу после наступления Нового года я пошёл проведать птичник, и птицы уже лежали без движения. Было минут десять первого ночи.
Он вспомнил подёрнутый плёнкой глаз Леди Ди, с немой укоризной смотрящий на гвоздь в стене.
— И ты не знаешь, кто это сделал?
Круговыми движениями Рита протирала тарелку. Он поставил тарелку в сушилку и взял её руки в свои.
— Знаю. Точнее, почти уверен, что это сделала Ольга — жена моего помощника. Но я юрист и понимаю, что «почти» равняется пустому месту. Для любого обвинения нужны железобетонные доказательства.
Он взглянул на побледневшую Риту. Та удивлённо приоткрыла рот:
— Но зачем она это сделала?
— Ума не приложу. Узнаю, когда получу данные и поговорю с Ольгой и Егором. А пока мне надо захоронить бедных страусов и начинать разбираться с кредитами, страховкой, документами и бумажной волокитой.
— А я-то думала, что ты весело проводишь праздники.
На миг его лицо стало мрачным:
— Надо бы веселее, но некуда. Теперь ты понимаешь, почему я отменил моё приглашение?
Её ресницы дрогнули:
— Да, конечно.
